ТРЕТЬЕ «МЕДНОЕ ПРАВИЛО» С КОММЕНТАРИЕМ ПИРА ЗИИ

Хазрат Инайят Хан составил четыре набора правил для культивирования морально ориентированной культуры и привития осознания её в наших взаимоотношениях со всеми существами. Эти правила принадлежат к традиции духовного рыцарства (futuwwa), важной части суфийского пути.
После назначения учителем, задачей ученика становится чтение вслух «Правил» и применение их морали в повседневной жизни. Каждое правило читается вслух один раз в день утром, в течение сорокадневного периода. Таким образом, исполнение набора из десяти правил занимает 400 дней.

Общие инструкции: сначала правила могут казаться очевидными и простыми, но если вы будете старательно работать с ними, вы обнаружите, что каждое правило открывает обширную область исследования и осознания. По этой причине некоторые люди принимают эти правила как практику самодисциплины.

Правило третье

Мое сознательное «Я»: не делай того, что заставляет совесть чувствовать себя виноватой.

Совесть — это тихий голос, слышимый только внутренним слухом. Бывают случаи, когда, незаметно для всех, мы теряем способность к самообвинению. Внешне человек наслаждается безупречной репутацией, но при этом внутренне его съедает чувство грызущего сожаления, стыда и вины. Хотя никто не показывает на нас пальцем, совесть знает, что мы именно сказали или сделали, и отказывается отпустить это.

И наоборот, весь мир может выступить против вас, обвинить вас и осудить вас, но, если совесть чиста, человек спокоен. В конечном счете, мнения других людей о вас не так важны. Важен собственный внутренний покой. Когда этот покой нарушается, человек теряет уверенность. У человека всегда есть беспокойство, что кто-то другой может узнать его темный секрет. Человек скрывает ужасную тайну, и это абсолютно подрывает его уверенность. По этой причине мы смотрим вниз, не поднимаем голову и пытаемся остаться незамеченными. Человек парализован, застенчив и пуглив из-за обеспокоенной совести внутри себя.

Но когда наша совесть чиста, когда мы знаем, что сделали то, что соответствует нашему идеалу, никто не может запугать нас. Нам нечего скрывать. Мы стоим перед миром прозрачным: то, что внутри, то, и снаружи. Человек ступает с определенным моральным авторитетом, который исходит от честности. Мы все хотим быть в том месте внутреннего мира, из которого мы можем безбоязненно проявлять наши жизненные устремления. Мы хотим быть свободными от беспокойства и страха, которые возникают в связи с тем, что мы упали ниже своего идеала, и от страха, что кто-то узнает наш секрет, раскроет его и сделает нас открытыми для насмешек. Так случилось, что теперь нет ни одного человека, который бы всегда действовал в соответствии со своим собственным идеалом. У всех нас на совести есть ошибки.

Путь суфиев состоит в том, чтобы принимать и выявлять свою ограниченность, а не скрывать её, не делать тайны из своих ошибок и проступков. Быть подлинным на собственной стоянке и нечего бояться. Человек больше не скрывается. Никто не может манипулировать им, потому что нет никакого секрета, который может быть раскрыт. Процесс состоит в том, чтобы очистить совесть, заполняя свою реальность честностью, свободно признавая свои ошибки — говоря правду.

Но затем, глядя глубже, мы видим, что есть разные виды вины. У совести есть два аспекта. Один состоит из приобретенного знания, а другой — из знания прямого. Приобретенные знания доходят до нас через влияние родителей, образования, окультуривания и т.д. Сумма этих знаний является смесью ценностных суждений, сознательных и бессознательных, рациональных и иррациональных.

Хотя эти суждения якобы существуют для служения хорошо упорядоченному обществу, на практике эти установки часто не в состоянии отразить нюансы и сложности реальной жизни и становятся затвердевшими абсолютами, которые больше скрывают, чем раскрывают природу реальности. Если человек бодрствует и бдителен, рано или поздно последствия его жизненного опыта заставляют его выходить за узкие рамки унаследованных им категорий. Но когда более глубокое и полное понимание ситуации побуждает нас отклоняться от искусственной нормы, аспект нашей совести, который несет отпечаток полученных извне идей, будет воспринимать отклонение как внутренний конфликт, потому что, хотя мы следуем истинной интуиции, это противоречит тому, чему нас учили. И поэтому мы внутренне конфликтуем, и этот внутренний конфликт существует как чувство вины и стыда.

Таким образом, до тех пор, пока человек не освещает и не очищает совесть посредством «мухасабе» (самопроверки), в нем присутствует остатки вины и стыда. Это сохраняется как ноющее чувство внутри. По словам Инайят Хана, чтобы провести расследование, нужно взять «интервью» у своего «Нафс аль Ляувама». Это часть себя — самокритичность. Человек спрашивает себя: «Какова природа моего проступка?» И вы можете обнаружить, что аргумент, выдвигаемый самокритичным «я», основан на внешнем, полученном мнении, которое впечаталось и углубилось в совести. Это не прямое восприятие ситуации. Это просто абстрактное понятие, которое вторглось в сознание извне.

Затем нужно спросить: «Если это ожидаемое, то почему оно ожидается? Какова цель этого принципа? Какая польза от следования этому принципу? В чем вред, если ему не следовать?» Инайят Хан советует нам допросить нашу совесть таким образом, чтобы понять в чем причины отрицательного суждения о себе.

Иногда процесс самоуглубления такого рода полностью растворяет негативное суждение. Вы понимаете, что вина была основана на полученном извне понятии, которое на самом деле не имело непосредственного отношения к ситуации — это было просто искусственное наложение.

Пророк Авраам восстал против традиции отцов. Ему была внушена традиция идолопоклонства, и в определенный момент ему пришлось отказаться от неё и найти свой собственный путь. В определенный момент созревания нашего сердца мы должны пересмотреть все допущения, которые нам были даны, и применить свет нашего собственного эмпирического понимания. В этом процессе обнаруживается, что многие негативные суждения оказываются нерелевантными, внешними воздействиями и они будут испаряться.

Тем не менее, существуют также суждения, которые исходят из истинного чувства внутреннего руководства, интуитивного чувства приличия, правильности. Возможно они служат цельности бытия в определенной ситуации, или служат непомерно приоритетному определению нравственных предписаний лишь одной грани своего «я» или одной грани бытия, происходит это за счет утраты целого. Таким образом чувство целостности, чувство истинности теряется. Маленькая часть себя, маленький импульс победил ценой ограничения более глубоких потоков смысла и реализации.

Когда кто-то приходит к этому уровню реализации, то в нем начинает действовать другой уровень совести. Это уже не совесть, которая пронзительно кричит, восставая против каждой мысли и поступка, которого она не понимает, но это руководство души, которое дает смелость, когда чьи-то действия производятся в правильном направлении, и предупреждает, когда человек выходит из равновесия. Когда мы учимся слушать этот внутренний руководящий глас, то в определенный момент осознаём, что никакого внешнего подтверждения не требуется.

В человеческом развитии есть этап, когда поведение человека соответствует окружающей его компании. В присутствии человека, которого он больше всего уважает, он ведет себя наилучшим образом. В других случаях человек просто отпускает себя. Но позже, по мере развития на этом пути, он приходит к тому, что тот, кого он уважает, является его самым глубинным «я». А это «я» всегда присутствует. Сущность такого «я» — божественный свет души, который всегда здесь. И человек чувствует, что он подотчетен этому присутствию. Чувствуя эту ответственность, сопротивляясь навязчивости деструктивных привычек, все больше и больше можно очищать себя от ошибок прошлого.

Конечно, ошибки будут происходить. Отказ признавать их, является нашей привычкой, и это самая большая ошибка из всех. Худшая ошибка — не импульс который был неверно направлен, это наименьшая из наших проблем. Ошибочный импульс — это только начало, хуже этого — попытка отрицать и скрывать ошибку, как сказал сэр Вальтер Скотт: «О, какую запутанную сеть мы плетем, когда первый раз пытаемся кого-то обмануть». Вся жизнь может стать кучей лжи. Хотя кажется, что мы лжем другим людям, но по сути, мы лжем сами себе.

И поэтому величайшая добродетель — не быть непогрешимым, а совершать ошибки, видеть их, принимать их, брать на себя ответственность, исправлять, получать прощение и двигаться с чистой совестью. Делая эту внутреннюю уборку, человек развивает удивительные смелость и бесстрашие.

Итак, еще раз, есть два аспекта совести. Приобретенное знание совести, которое нужно подвергнуть сомнению и поместить в контекст. И прямое знание совести, которая является более глубоким интуитивным чувством души. Сначала может быть трудным распознать разницу между ними. Причина, по которой это сложно, в том, что мы не пытаемся. Но как только вы попробуете — как только почувствуете угрызения совести, повернетесь внутрь и посмотрите на это — вы сможете разобраться в различиях. Работая таким образом, человек развивает умение различать. Довольно скоро голос чистой совести сразу же будет узнаваться и станет хорошим другом.

Давайте на мгновение осуществим это в виде практики. Закроем глаза. Вдыхайте и выдыхайте сердцем. Вспомните высказывание Инайят Хана: «Чистая совесть дает силу львам, а из-за нечистой совести даже львы превращаются в кроликов». Можете ли вы почувствовать кроличьи качества, чувство кротости, трепета и страха, ощущение дрожи, которое испытываешь, когда стоишь пред идеалом? Окунитесь в это и вы увидите, что это ментальный отпечаток искривленных поступков. В этот момент доведите до сознания одну из таких «утрат ориентира». Позвольте себе непосредственно испытать чувство сожаления и стыда, которое сопровождает его.

Теперь спросите себя: «Почему это было неправильно? Есть ли канон мнений, который противоречит тому, что я сделал, и если да, то какова истинная основа этого морального кодекса? Это просто неисследованное предубеждение моей семьи или моего общества? Является ли стыд, который я чувствую, просто следствием несоответствия коллективной идее, которая имеет мало подлинного отношения к обстоятельствам моего жизненного опыта? Или мои действия действительно причиняют вред? А если был вред, кому был вред? Был ли вред мне? Что за вред? Был ли вред другим людям? Что за вред? Можно ли было избежать этого вреда? И если это было вредное действие, то какая предрасположенность побуждала меня действовать таким образом? Было ли в моем действии позитивное намерение, которое я испортил, пойдя неверным путем? Пытался ли я поступить правильно, но закончил тем, что поступил неправильно?»

Если кто-то обнаруживает положительный первоначальный импульс, который был неверно направлен, он усваивает важный урок того, как осуществляется и как не осуществляется доброе намерение. Человек думает — сейчас я ношу с собой две вещи. Я несу извлеченный урок, и также несу позор ошибки. Урок приносит пользу если я иду вперед. Стыд не приносит мне никакой пользы и не приносит пользы никому. Возможно, я представляю, что единственный способ увековечить извлеченный урок — увековечить стыд, но так ли это на самом деле? Сохраняя стыд, я в некотором смысле повторяю ошибку. Могу ли я преодолеть ошибку, позволив себе испытать божественное прощение, которое уже было дано, и отказаться от повторения ошибки в моем тайном стыде? Могу ли я принять свою ошибку, принять свое ограничение, позволив ему подняться до божественного милосердия и сострадания, сохраняя при этом неизменную сущность этого преобразующего опыта, который является живой моралью, которая освещает мой путь в будущее?

Если мы сможем привнести эту кристальную ясность в каждый из источников мучительной вины в нашей психике, то мы обеспечим надлежащее погребение для многих скелетов в нашем шкафу, и мы будем жить без страха и стыда. Мы будем следовать наставлениям Христа и откроем свет души из-под тяжести вины.

Слова третьего «Медного правила»: «Мое сознательное «я», не делай того, что заставит совесть чувствовать себя виноватой».

Источник

Перевод

Оставить комментарий