Во имя ложи.

Правая печать Италии и других западноевропейских стран постаралась сразу же замять этот скандал, усердно подчеркивая, что ни малейшей связи между покушением на папу и делом с ложей «П-2» обнаружено не было. Итальянская общественность однако, была не удовлетворена таким объяснением. Действительно, как может быть гарантирована безопасность государства, его граждан, включая жителей Ватикана, если руководители спецслужб являются членами правоэкстремистской группировки, ставящей целью уничтожение Итальянской Республики?

Неофашистская империя Джелли

Уже не раз на страницах этой книги мы встречались с именем «почетного мастера» масонской ложи «П-2» Личо Джелли. При чем тут Джелли и его масоны когда речь идет о покушении на папу Иоанна Павла II и провокации, затеянной западными спецслужбами против Болгарии, Советского Союза и других социалистических стран, спросит любопытный читатель. А вот при чем. Листая итальянский журнал «Панорама», нельзя не заметить интервью, которое дал этому журналу Ванни Нистико, бывший сотрудник аппарата Итальянской социалистической партии. Он подробно рассказал о встрече с Личо Джелли в римском отеле «Эксельсиор». В ходе беседы Джелли вынул из большого конверта несколько фотографий папы Иоанна Павла II, который купался в бассейне своей летней резиденции Кастельган-дольфо. В ответ на недоумевающий жест Нистико главарь масонской ложи «П-2» разъяснил своему «коллеге»: «Это дело связано с секретными службами. Если так легко заполучить эти фотографии, то можешь представить себе, как нетрудно было бы прикончить самого папу». Это высказывание Джелли было опубликовано за несколько месяцев до покушения на главу римско-католической церкви, и никто его никогда не опровергал.

В этой связи представляет интерес публикация мадридской газеты «Паис» в декабре 1982 г. В ней отмечается, что избрание на католический престол нынешнего главы римско-католической церкви «вызвало сильное недовольство и раздражение масонов». Это объясняется тем, что в противоположность папе Павлу VI, ослабившему санкции церкви в отношении масонов, папа Иоанн Павел II опубликовал через святую инквизицию (ее официальное нынешнее название Конгрегация по делам вероучений) документ, запрещающий католикам принимать участие в деятельности масонских лож. А ведь не секрет, что среди масонов есть и высокопоставленные лица католической церкви.

Видимо, имеет смысл остановиться на деятельности масонов — как прошлой, так и настоящей.

Все новые и новые факты, разоблачающие подрывную деятельность масонской ложи «П-2», показывают, что в Италии был открыт самый настоящий тайный центр «контрвласти», который стремился поставить себя над парламентом, правительством, политическими партиями. Темный проходимец Личо Джелли был всего лишь подставной фигурой в руках могущественных сил итальянской и международной реакции, прежде всего США, для которых ложа «П-2» была одним из важных инструментов контроля итальянской политической жизни, бесцеремонного вмешательства во внутренние дела других стран, проведения диверсий против социалистических государств. Рассказ о неблаговидных делах и планах антигосударственного переворота, вынашиваемых в тайной масонской ложе «П-2», позволит читателю продолжить знакомство с итало-американским миром преступности в области политики и бизнеса. Мир этот раздирают междоусобные распри, в ходе которых побежденных сдают в руки правосудия или несут на кладбище.

В неменьшей степени оказывают влияние на расстановку сил в буржуазной Италии ее союзнические обязательства. Вашингтон обеспечивает свои интересы на Апеннинском полуострове и тем, что имеет возможность с помощью таинственных, невидимых постороннему глазу рычагов устранять там неугодных, зарвавшихся и превысивших свои полномочия деятелей любого ранга. Будь то хоть сам папа римский. Или тот же Джелли, несколько лет назад хвастливо называвший себя самым влиятельным человеком Италии.

И судебные власти и служба борьбы с терроризмом со временем накопили внушительный объем информации относительно истинной роли и могущества Джелли и его ложи. Однако вплоть до начала 1981 г. правосудие не предприняло никаких мер против масонов. Привести в действие заржавевший механизм юстиции не смог даже такой начиненный взрывчаткой фактов и цифр документ, как памятная записка, которую представил в марте 1977 г. генерал Сиро Россетти, бывший начальник особого отдела в штабе центрального военного округа и бывший «технический консультант» начальника разведывательной службы СИД Вито Мичели в 1971–1974 гг. Обстоятельство это тем более удивительно. Как смог установить судья Анджело Велла, ведущий следствие по делу о взрыве поезда «Италикус» в 1974 г., из донесений служб безопасности и других документов явствует, что многие представители верхушки ХДП вроде Арнальдо Форлани, Фламинио Пикколи, Джузеппе Бартоломеи уже с начала 1975 г. были осведомлены о закулисной деятельности «П-2» и представляли себе степень опасности такого персонажа с прошлым фашиста-карателя, как Личо Джелли.

В своем меморандуме бригадный генерал авиадесантных войск Сиро Россетти (родившийся в 1919 г. в Ареццо и командовавший партизанским отрядом в годы Сопротивления) дал подробный, тщательно выверенный анализ, своего рода рентгеновский снимок деятельности ложи «П-2» в период с 1971 по 1974 г. Разбору подверглись как сам Джелли, так и способность созданной им организации маневрировать в сферах высшей власти. Генерал Россетти сам состоял в ложе «П-2»: он вступил в нее 8 июня 1970 г. и даже участвовал в работе ее руководящего совета. Целью его было «проверить изнутри», чем же занимаются «братья» «закрытой» ложи, «учитывая, что в их числе были руководящие работники СИД, высшие офицеры вооруженных сил и полиции, высокопоставленные деятели правосудия». Вот почему особо важен тот раздел меморандума, в котором Россетти излагает причины, побудившие его выйти из ложи и официально потребовать ее запрещения.

Уже со второй половины 1972 г. существовали как бы две ложи «П-2». Одна, официальная, была, как и полагается, подконтрольна исполнительной джунте «Великого Востока»; во второй, тайной, безраздельно хозяйничали Джелли и его подручные. Именно в этот период «по личной рекомендации Личо Джелли» как отмечает Россетти, в «П-2» был принят начальник СИД Вито Мичели.

«Мичели, — вспоминает Россетти, — был одним из тех, кому я высказал свою озабоченность по поводу роста влияния такого подозрительного человека, как Джелли. Однако, несмотря на мою ясную, недвусмысленно негативную оценку этого персонажа, Мичели пошел на установление тесных личных отношений с ним».

В 1974 г. в ложу был принят генерал корпуса карабинеров Джулио Грассини, будущий начальник СИСДЕ — службы гражданской безопасности, одной из двух служб, возникших на месте ликвидированной из-за «отклонений» СИД (второй была служба военной безопасности СИСМИ). Напомним, что 1974 год был годом очередной попытки государственного переворота, так называемого «белого путча», замышлявшегося бывшим либералом Эдгаром Соньо и другими реакционерами, которые маскировались лозунгами «молчаливого большинства». Это был также год эскалации «черного терроризма» (бойни, учиненной неофашистами в мае в городе Брешиа, и взрыва поезда «Италикус» в августе), раскрытия «параллельной СИД» и подрывной организации армейского офицерства «Роза ветров». Во всех этих заговорах и преступлениях, несущих на себе отпечаток участия зарубежных шпионских служб и международных центров неофашизма, неизменно обнаруживается присутствие главы «П-2». Россетти характеризует его следующим образом: «Джелли нарочито не скрывал свои широкие возможности проникать в самые различные сферы власти и диктовать свою волю на самых различных уровнях: от секретариата того или иного министра до президентского дворца Квиринале (Джелли открыто говорил, что Джованни Леоне был избран президентом благодаря ему), от парламента до национальных и международных дипломатических кругов».

Никогда еще не бывало, чтобы какой-то авантюрист с помощью махинаций и шантажа втайне от всех приобрел такую власть.

Когда работники миланских и римских органов правосудия вручили весной 1981 г. президенту Итальянской Республики Сандро Пертини свою докладную записку, он содрогнулся. И было от чего: оказалось, что 3 министра, 23 депутата парламента, 10 префектов, 10 генералов корпуса карабинеров (и в том числе Грассини, руководитель секретных служб), 6 адмиралов, 7 генералов финансовой гвардии, 83 президента — генеральных директора государственных компаний и 12 президентов-генеральных директоров частных компаний, 47 директоров банков, множество судей и прокуроров, целая когорта высокопоставленных чиновников и дипломатов, несколько профсоюзных деятелей — члены тайной масонской ложи «П-2» («Пропаганда-2»), которая стала причиной гигантского по своим масштабам скандала.

Продолжая чтение докладной записки, глава итальянского государства узнал также, что 4 издательства (и в том числе самое крупное в стране — газетно-издательский трест «Риццоли»), 22 газеты, два десятка руководителей Итальянского радио и телевидения тоже входят в состав масонской ложи и в качестве таковых подчиняются великому магистру ложи «П-2» Личо Джелли.

Итальянская полиция всегда утверждала, что заинтересовалась Джелли по доносу его мстительного друга банкира Микеле Синдоны. 17 марта 1981 г. полиция ворвалась на принадлежащую Джелли виллу «Ванда» близ города Ареццо в Тоскане. Джелли, предупрежденный заранее, скрылся. В течение 16 месяцев его нигде не могли обнаружить. Но полицейские, которые проводили один обыск за другим, обнаружили в секретере, как писала итальянская печать, список, состоящий из 962 фамилий членов тайной ложи «П-2». Все эти люди были привлечены тогда к ответственности за участие в «преступной организации», играющей роль «тайного центра власти», политические цели которого заключаются в «ликвидации профсоюзов и парламентской неприкосновенности, в установлении контроля над радио и телевидением, в реорганизации сил порядка и принятии новой конституции». До судебного приговора дело пока не дошло, и лишь часть заговорщиков была вынуждена освободить занимаемые посты.

Относительно удачливости итальянских полицейских, обнаруживших списки членов ложи, известно другое. Эти списки не были тайной для многих власть имущих в Италии. Но попавший в прессу спустя два месяца после обыска у Джелли список членов ложи был передан из-за океана, и в него вошли лишь те деятели «П-2», которые рассматривались хозяевами как ненужный балласт, опасный груз, от которого полезно освободиться. Даже ценой скандала, сам факт которого есть не что иное, как тоже крупный акт политического террора.

Вспомним цель тех, кто инспирировал и направлял деятельность Джелли и ему подобных: подготовить итальянское общественное мнение к необходимости пересмотра конституции и установления авторитарного режима «твердой руки». Потрясенному обывателю внушают, что лучше предоставить чрезвычайные полномочия какому-нибудь кабинету правых, чем терпеть далее присутствие одиозных фигур авантюристов, фашистов и мафиози (и все это в одном лице) типа Джелли-Кальви-Синдоны, а также ужасаться убийствам политических деятелей, судей и журналистов, гибели Альдо Моро, покушению на папу римского, террористическим актам, огромным количеством невинных жертв.

Один агент ЦРУ (масон Синдона) выступил против другого агента ЦРУ (масона Джелли). Да возможно ли такое, и что сделало бы ЦРУ, случись такое без его ведома? Дни Синдоны были бы сочтены. В действительности благополучно здравствовавший до 1987 г. Микеле Синдона составил в нью-йоркской тюрьме для ЦРУ список членов ложи «П-2», руководство которой сначала подвело его на грань банкротства, а затем бросило на произвол судьбы. Список этот, уточненный и утвержденный ЦРУ, был направлен в Италию в конце 70-х гг., но был надежно похоронен в судебных архивах стараниями двух членов масонской ложи, работников миланских органов правосудия, оказавшихся… в том же черном списке. ЦРУ вторично одобрило более расширенный список ложи «П-2», и вот он-то вызвал такое потрясение умов, что итальянское правительство вынуждено было уйти в отставку. Общественность вдруг уяснила себе, что ни одно политическое событие — закулисное или публичное — не происходит, оказывается, в нынешней буржуазной Италии вопреки воле масонов. Но что же такое масоны? Разве они сохранили еще свое влияние к концу XX века, удивленно вопрошали западные газеты.

То обстоятельство, что масонство сохранилось до нашего времени и превратилось из увлечения некоторых групп людей «религиозно-нравственным самоусовершенствованием» в тайное политическое движение, в орудие империализма и реакции, не может быть понято без учета ряда особенностей его организационной структуры и эволюции, пишет советский ученый В. А. Пигалёв в книге «На службе международной реакции» (М., 1981).

Полагают, что масонство существует в той или иной форме с древних времен, но ближайшим его источником и основой явилась тайная организация «Практических каменщиков» средних веков. Строительные товарищества возникли в Германии в ХП-ХШ вв. Громадные церковные здания возводились десятилетиями. Рабочие и художники создавали около строек целые городки, где и жили. Их инструменты хранились в хижинах, получивших название лож, где по торжественным случаям собиралось все «братство». Эти сообщества зодчих и живописцев, получившие название «свободных каменщиков» (франкмасонов) в силу дарованных им льгот и преимуществ, с течением времени стали своего рода мощной организацией или даже, как считают некоторые историки, «государством в государстве»: были выработаны правила приема новых членов, церемониал посвящения в «братство», кодекс взаимоотношений друг с другом, клятвы, «судебные статьи по отношению к провинившимся» и т. п. Таким образом образовались многочисленные строительные ложи со своим внутренним уставом. Произошла затем их централизация, они стали управляемы главными ложами. В ложах ревниво оберегались секреты строительного дела, числовая мистика, орнаментальная символика и пр. В целях «сохранения тайны» было запрещено заносить все это на бумагу, вследствие чего явилась необходимость в символическом языке, в изобретении шифров, тайных знаков. Добровольный уход из «общества» или переход из одной ложи в другую был сопряжен с определенными трудностями, так как «вольный каменщик» был связан клятвами и обязан был повиноваться мастеру. Ложи своей таинственностью интриговали многих. В них стали вступать не только каменных дел мастера, но и знатные особы, далеко не причастные к строительству.

Считается, что англичане первые додумались до того, чтобы воспользоваться оболочкой строительных товариществ и создать на этой основе тайный «всемирный союз». В 1717 г. четыре лондонские ложи, в которых преобладали знатные особы, объединились в одну Великую английскую ложу. Члены этой ложи провозгласили своей целью «духовное строительство соломонова храма». По поручению Великой ложи масон Андерсен написал свод постановлений, заимствовав их из документов строительных товариществ и применив к новым условиям времени. Этот свод, напечатанный под названием «Книга уставов», лег как бы в качестве законодательного акта в основу союза. Он заключил в себе краткую историю масонства, а также «Общие постановления», обязанности масонов. Устав, в частности, обязывал вновь вступающих в ложу делать определенные денежные взносы и давать присягу строго повиноваться мастерам и хранить тайну братства. Устав приказывал закрыть все «самовольные» ложи, не присоединившиеся к союзу и не подчинившиеся общему руководству.

После установления централизованной власти и введения в практику тесных международных контактов между ложами масоны более широко начинают применять язык символов, тайнопись, условные знаки, пароли, с помощью которых «вольные каменщики» легко узнают друг друга или ведут переписку, общаются на расстоянии. Знаки, символы и пароли, кроме всего прочего, помогают отличить «малопосвященного» масона, от «великочтимого» обладателя «таинств». Это ведет к разделению «братства» на так называемых «оперативных» масонов, т. е. рядовых членов лож, и «спекулятивных масонов», масонов-теоретиков, представителей орденской знати, «носителей специального знания и моральной теории о духовном строительстве среди людей». Последние проповедовали, что только они являются подлинными толкователями «соломоновых наук», хранителями «устных заветов», которые не вошли в пятикнижие «Тора», а переданы мудрецами древности «великим мастерам масонства» изустно, а также с помощью символов и знаков.

Масонские ложи в XVIII в. быстро распространились по всей Европе, они появились в Шотландии, Ирландии, Бельгии, Голландии, Германии, Италии, Португалии, Польше, Франции и других странах. Чуть позднее масонство проникло и на другие континенты. В начале XX в., согласно статистике «Ежегодника всемирного масонства», только в Европе насчитывалось 10 265 лож. К настоящему времени их число возросло более чем в три раза.

Нынешние руководители масонских лож — а ими, как правило, являются представители большого бизнеса — имеют своих ставленников и агентов во многих студенческих и молодежных организациях, в профессиональных союзах, в социологических институтах и статистических управлениях, в дипломатических и ученых кругах, в правительствах и партиях. Задача агентов международного космополитического общества — контролировать общественное мнение, изучать политическую ориентацию тех или иных организаций, провоцировать молодых «левых» и демократов на необдуманные поступки с целью их компрометации, незаметно вносить раскол в прогрессивные движения, вербовать новых агентов масонства, особенно из числа «перспективных» молодых людей, собирать нужную информацию для руководителей масонской мафии, чтобы они могли своевременно координировать свои действия, осуществлять закулисную политику и т. д.

Масонская работа носит «посвященческий» характер, т. е. членов тех или иных лож посвящают далеко не во все секреты организации, а многие из них даже не знают, во имя чего и на кого они работают. Правда, молодым и малопосвященным все время твердят, что они работают во имя «прогресса», «постижения истины», установления «всемирного братства свободных людей». Но это лишь красивые слова и лицемерные лозунги, на которые руководители масонства никогда не скупились, желая тем самым скрыть свои истинные цели и заманить в «братство» возможно большее число адептов-информаторов. Факты говорят сами за себя. Информацией в конечном итоге распоряжаются те, для кого она и предназначена. А используют ее отнюдь не в целях «мистического постижения мира», «нравственного самоусовершенствования» и «стирания различий между людьми», а в сугубо классовых, элитарных интересах.

Масоны никогда гласно никакой программы не выдвигают, в «мирской жизни» они ограничиваются демагогией, рассуждениями о «всемирном братстве» и «мистическом постижении мира» и всячески норовят использовать «профанов», идущих с ними на контакты, лишь в интересах ордена, сохраняя, повторяем, втайне свои задачи и цели, своих идейных вдохновителей и «сверхинформированных» великочтимых руководителей лож.

Видимо, этим объясняется то, что империалистические круги Запада все чаще используют именно механизм масонства, его организационную структуру, туманное «теоретическое наследие», его опыт конспирации целей, вербовки агентов, политической мимикрии, экономического шпионажа, изощренных долговременных кампаний по борьбе с национальным самосознанием, его опыт распространения идей космополитизма, «эрзацев» общественного прогресса, абстрактных категорий «всемирных прав и свобод», уводящих в область бесплодной демагогии и внеклассовой оценки событий. Видимо, этим объясняется и то, что многие представители империалистических кругов Запада склонны превратить масонство в своего рода международную «политическую надстройку», сохранив, однако, негласность деятельности и целей его верховных вожаков.

Масонству, возможно, уготована была бы участь экспоната на складе исторических реликтов, если бы оно не обрело «вторую Жизнь» на новой для себя земле. Этой землей стали Соединенные Штаты Америки. Характерной чертой общественно-политической системы США является опора не столько на партии (с более или менее ясными идейными и политическими платформами), сколько на «группы давления» — лобби. Масонские ложи с их организационной структурой на полпути между закрытым клубом и иерархическим тайным обществом на редкость органично вписались в эту систему. Крупный капитал получил как бы готовую форму для отстаивания своих интересов, проталкивания выгодных для себя решений из-за кулис, не открывая лица.

Американского обывателя, ощущающего известную неполноценность из-за отсутствия у своей страны глубоких исторических традиций, влекла к масонам именно их причастность к старине, к прошлому. В обществе без великих идеалов масонство предлагало удобный суррогат «высокой духовности», вполне согласующийся с охранительскими установками. К месту тут оказалась и чисто масонская привязанность к магии, мистике, тайновидению.

За океаном, таким образом, масонство попало на благодатную почву. Первые масоны прибыли туда из Англии в начале XVIII века, а к 60-м гг. нашего столетия из примерно 8 миллионов масонов на земном шаре подавляющее большинство жило в США. Как указывал французский журнал «Истуар», все президенты США, кроме Дж. Кеннеди, были масонами, не говоря уже о государственных деятелях меньшего калибра. Цвет американского бизнеса состоит в родственных масонам клубах «Ротари» и «Лайонз». А когда американский империализм заявил свои притязания на мировое господство, выяснилось, что и странная идея «всемирного братства масонов» может быть поставлена на службу имперской внешней политике США. Связи между ложами разных стран сделались дополнительным каналом закулисного воздействия на политику этих стран. Разумеется, в нужном США антикоммунистическом и антисоветском направлении.

Своего крайнего выражения эта эволюция «вольных каменщиков» достигла в Италии к концу 70-х гг. Произошло это не случайно. Подъем массового рабочего движения резко ускорил в это время кризис буржуазной государственной власти в стране. Стержень всех послевоенных итальянских правительств — христианско-демократическая партия стала терять опору не только в народных массах, но и среди влиятельных капиталистических кругов, где прямо заговорили о том, что «партия, собирающая меньше 40 процентов голосов, но занимающая 80 процентов позиций власти», не может успешно отстаивать интересы монополий. Деятельность ложи «П-2» ощущалась задолго до разразившегося политического скандала. Ряд расследований, проведенных ранее в Италии и связанных с политическими убийствами, заговорами, терроризмом, похищениями людей, шпионажем и коррупцией, давал местным властям повод считать, что в стране и за ее пределами существуют силы, которые оказывают покровительство крайне правым элементам и направляют их преступные акции.

Дело в том, что в стране существует свыше 500 массонских лож с более чем 20 тыс. членов (См.: «Новое время»,1981, № 23, с. 20). Не случайно член руководства Итальянской коммунистической партии Э. Макалузо замечал по этому поводу («Ринашита», 15.5.1980): «Это факт, что на протяжении многих лет большую часть политической и административной жизни нашей страны «регулируют» тайные организации: мафия, масонство, управление по секретным делам министерства внутренних дел, секретные службы финансовой гвардии, а также секретные службы других стран». Масонские ложи, всюду имеющие своих агентов и поддерживающие связи с другими тайными организациями, как указывают итальянские коммунисты, превратились в «разветвленный и опасный центр власти», который всюду расставляет своих людей на ключевые посты.

Разоблачения в деле «П-2» показывают, что масоны занимались сугубо мирскими делами, вплоть до террора и государственных переворотов. Они прислужничали американскому империализму. Учитывая важное стратегическое положение Италии и опасаясь широкого размаха левого движения в этой стране, США начали готовиться к подавлению его еще во время второй мировой войны. Американская разведка сделала тогда ставку на масонов в США и в Италии и сумела в течении нескольких лет подчинить итальянские ложи влиянию заокеанских «братьев». Журналисты Джанни Росси и Франческо Ломбрасса в книге «Именем ложи» (Рим, 1981) подробно описывали, каким образом будущее итальянской ложи «Великий Восток» оказалось в руках американских масонов. При необходимости каналы масонской организации начиная с первых послевоенных лет стали использоваться для воздействия на политические решения итальянского правительства в тех случаях, когда нажим по тем или иным причинам был нежелателен. Правда, для того, чтобы этот механизм действовал как следует, требовалось выполнить еще некоторые условия: вытравить из масонской организации исторически присущий ей антиклерикальный дух, сблизить ее с католической церковью или по крайней мере подвергнуть «христианизации» в соответствии с традициями масонов англосаксонского обряда и, наконец, сформировать и доверить «надежным людям» особо секретный орган, который служил бы проводником влияния и шантажа внутри самой масонской организации. Таким органом стала «закрытая ложа» «П-2». (Ложи, составляющие основную «организационную единицу» масонского ордена, или братства, могут быть двух типов: «открытые» и «закрытые». В первом случае списки членов являются гласными и доступными для ознакомления как масонов, так и лиц, не состоящих в братстве; во втором случае список членов является тайным, а доступ к нему имеют лишь верховные руководители ордена).

Ложу «П-2» с полным правом можно назвать итало-американской. У ее послевоенных истоков наиболее почетное место занял кадровый сотрудник ЦРУ американец Фрэнк Джильотти. Ему был присвоен титул пожизненного почетного «великого мастера» и заслуженного члена высшего совета итальянских масонов шотландского обряда, а также дано право представлять Италию на международных масонских конференциях. Среди агентов ЦРУ, часто наведывавшихся в Италию послевоенного периода, был другой видный деятель масонского движения США, преуспевающий нью-йоркский хирург Чарлз Фама, друг масона Джеймса Зелербаха, занимавшего до февраля 1950 г. пост главы союзной экономической миссии в Италии, и масона Джорджа Маршалла, государственного секретаря, автора известного плана «помощи» США Западной Европе, носящего его имя. Тесная дружба связывала Фаму также с президентом компании «Студебеккер» масоном Полем Хафманом.

Авторы книги «Именем ложи» Дж. Росси и Ф. Ломбрасса далее продолжают: «Джильотти и Фама входили в американскую консервативную организацию «Сыновья Италии», а также в примыкавший к ней «Американский комитет за демократию в Италии» — организацию весьма правого толка. Официально ее миссией был сбор средств в фонд помощи итальянским политическим эмигрантам в США, однако примечательно, что никаких связей с антифашистскими кругами у этого комитета не было. Членами комитета были такие деятели, как Дженерозо Попе, издатель широко распространенной в итальянской общине Нью-Йорка газеты «Прогрессе итало-американо» с четко выраженной профашистской ориентацией, президент правления «Банко д’Америка э д’Италиа» П. Джанини, полковник американской разведки Чарлз Полетти, позже — военный губернатор Палермо, Неаполя, Рима и Милана. Еще одним влиятельным союзником тандема Джильотти — Фама был в первые послевоенные годы посол Италии в Вашингтоне масон Альберто Таркьяни, один из главных организаторов операции по исключению левых партий из коалиционного антифашистского правительства Де Гаспери в 1947 г.

Ложа «Великий Восток» в марте 1950 г. пригласила в Рим главу Северного округа американских масонов Мелвина Мейнарда Джонсона. Во время пребывания в Италии Джонсон счел за благо повременить с обещанным было ходатайством перед «братьями» Южного округа о признании ложи «Великий Восток». То был недвусмысленный сигнал к тому, чтобы во главе ложи стали стопроцентные антикоммунисты, готовые к тому же во всякое время повиноваться приказам «братьев» из-за океана. Для масонов из римского палаццо Джустиньяни (штаб-квартира масонских лож в Италии. — Ред.) окончательно миновала пора, когда им дозволялось бравировать антиклерикальными взглядами. Люди, некогда связанные с левыми партиями, окончательно были устранены из руководства ложи, задвинуты в угол и, во всяком случае, поставлены в такие условия, чтобы не быть в состоянии противодействовать «молодой поросли», поднявшейся на долларовой подкормке.

Так итальянское масонское движение согласившись на «чистку своих рядов и дав связать себя по рукам и ногам, вступило на скользкую дорогу, ведущую все глубже в дебри опасной дружбы с деятелями ЦРУ, заправилами итало-американской мафии, международными спекулянтами и генералами путчистами Оправданием во всех случаях служило одно и то же: интересы антикоммунизма.

Всю вторую половину 60-х гг. тогдашни лидер итальянских масонов Гамберини не покладая рук трудился над «христианизацией ложи «Великий Восток». Его партнерами в этой операции выступают два видных деятеля римской курии: патер Розарио Эспозито, автор нескольких книг и многочисленных статей по истории масонского движения, и иезуит, член редколлегии влиятельного клерикального журнала «Чивильта католика» Джованни Каприле. Искусно делая вид, что они полемизируют с масонами, эти авторы сумели донести до своих читателей и слушателей мысль о сдвиге руководства палаццо Джустиньяни в сторону церкви. Тем самым они способствовали сближению многочисленных представителей католической интеллигенции и активистов клерикальных ассоциаций с масонским обществом. Но вот что любопытно: сплошь и рядом «обращенные в масонство» католики оказывались в конечном счете в рядах секретной ложи «П-2», то есть под началом у «черного владыки» в фартуке и перчатках «вольного каменщика» — Личо Джелли».

И сегодня существуют созданные еще 20 лет назад из офицеров НАТО масонские ложи в Вероне, Ливорно и Неаполе, т. е. в тех местах, где находятся штабы американских и натовских подразделений в Италии. С 1971 г. Джелли поддерживал тесные связи с генералом Джино Биринделли, бывшем заместителем главнокомандующего НАТО в южной зоне Европы, а затем виднейшим лидером неофашистской партии в Италии. В захваченных полицией архивах Джелли содержатся также данные, свидетельствующие о его секретной переписке с влиятельным представителем итальянской общины в Нью-Йорке Филиппом Гуарино. Последний занимал видный пост в комитете по организации предвыборной кампании Рональда Рейгана и регулярно информировал Джелли о политической ситуации в США. Джелли же, в свою очередь, делал многое для популяризации калифорнийца на страницах итальянской буржуазной прессы и по телевидению. Неудивительно, что руководитель тайной масонской ложи в Италии, содействовавший успеху Рейгана, был удостоен чести присутствовать на торжественной церемонии по случаю его вступления на пост президента США.

До того как Джелли был разоблачен, каждый раз, когда становилось известно о новом случае терроризма, коррупции, мошенничества, контрабанды, подлога, итальянская буржуазная пресса лицемерно восклицала — как все это возможно? Сейчас она, чтобы не делать более серьезных выводов, признает — да, в каждом из таких скандалов замешаны влиятельные деятели, члены ложи. Масонская ложа была едва ли не могущественнее настоящего правительства страны; братья-масоны сосредоточили в своих руках огромную власть, предпочитая, правда, осуществлять контроль над деятельностью государства в строгой тайне. Ложа «П-2» своей главной задачей считала поддержание в Италии политического статус-кво, стараясь не допустить к власти представителей левых прогрессивных сил. Любой ценой. Именно для этого «вольные каменщики» прибрали к рукам рычаги управления не только чернорубашечниками, но и колониями «красных бригад». В ожидании чрезвычайной ситуации экстремисты всех мастей имели почти полную свободу действий и лишь изредка выполняли отдельные поручения своих хозяев.

Если роль своего рода политической охранки в борьбе с левыми прогрессивными силами объединяла ложу «П-2» с ЦРУ, озабоченным сохранением «порядка на южном фланге НАТО», то с мафией братьев-масонов роднило общее стремление выжать максимально возможные прибыли из своей тайной деятельности. Вместе с чернорубашечниками и левацкими ультра мафиози охотно предоставляли своих убийц в распоряжение Личо Джелли, зная, Что в случае необходимости «теневое правительство», в свою очередь, придет на помощь мафии.

Джелли пользовался поддержкой в Италии всех тех, кто ожидал от него содействия в своей карьере. В римском аристократическом обществе, в «высшем свете» считалось хорошим тоном быть членом ложи «П-2». Но становиться членами ложи побуждали не только снобизм и корысть: у Личо Джелли было надежное средство, с помощью которого ему ничего не стоило убедить самых несговорчивых, — шантаж. Он применял это средство постоянно наряду с другими формами давления.

«Для пополнения своей ложи, — свидетельствует итальянский еженедельник «Панорама», опубликовав рассказ одного из бывших членов ложи «П-2», — Джелли пользовался старым проверенным методом. Имея широкую сеть осведомителей, он всегда заранее знал имена реальных кандидатов на важные посты в государственных и частных учреждениях. В решающий момент к такому человеку подходил посланник предводителя тайной ложи и убеждал его, что только их организация, а именно «П-2», может гарантировать назначение на желаемую должность. Наиболее неискушенные сразу же клевали на эту приманку, и спустя несколько дней их приглашали в роскошные апартаменты римского отеля «Эксельсиор» для знакомства с Джелли. Глава тайной ложи лично принимал новых друзей, стремясь обставить встречу как можно более помпезно и торжественно. К участию в подобных церемониях непременно привлекались депутаты парламента и генералы. Трудно сказать, насколько велика была «заслуга» Джелли, однако после официального вступления в должность крупные чиновники и военные всегда возвращались к своему «благодетелю», чтобы стать членами тайной ложи «П-2». С того дня они становились связанными по рукам и ногам.»

Эта зависимость, впрочем, зиждилась не только на масонских клятвах и «почитании таинств ордена». Дело в том, что вступающий в ложу должен был не только платить взносы, но прежде всего поделиться важной информацией, предоставить в распоряжение ложи те или иные министерские бумаги, секретные документы государственной или иной важности и тем самым доказать свою преданность тайной организации. Считается, что обязательствам перед ложей должно отдаваться предпочтение перед всеми другими. Фактически, став масоном, человек большей частью уже не волен в своей судьбе. Если он не подчиняется приказам «великого мастера», его карьеру могут испортить или вообще остановить. Что же касается «отступников и предателей», то с ними масонская мафия жестоко расправляется. Нужные связи и возможности у нее для этого имеются.

Империалистическая пропаганда, затушевывая классовую подоплеку событий, прибегает сейчас к фальсификациям. биографии самого Джелли. Используя традиционные рецепты буржуазной политической сказки, борзописцы лепят образ эдакого удачливого злого гения-одиночки, сумевшего тайком от всех сколотить огромное состояние, сделать карьеру у фашистов при Муссолини, а затем водить за нос деятелей Сопротивления и их союзников. В начале 40-х гг. Джелли бросил фашистских хозяев и стал служить американским — об этом лишь намеком говорится в цитируемом ниже отрывке из пространной статьи во французском политическом еженедельнике «Пуэн» (22.8.1983) «Взрывоопасные архивы беглого Лиса»:

«Недавно Джелли вновь привлек к себе внимание, совершив побег из женевской тюрьмы «Шан-Долон», где он находился в предварительном заключении. Сотрудник римской квестуры судья Доменико Сика так прокомментировал это сенсационное событие: «Исчезновение Личо Джелли не должно вызывать удивления. Зная бурную жизнь этого человека, вполне можно было предвидеть, что он не будет вести себя пассивно. Недаром его прозвали Лисом».

По мере того, как становились известными роль и могущество фальшивой масонской ложи, основанной Джелли 6 января 1971 г., становилось понятно, что это такой скандал, который затмил все остальные скандалы.

Этот параноик раздавал свои гарантии всем тем, кто его окружал. Великий магистр разъяснил своим последователям — Адольфо Сарти, христианскому демократу, министру юстиции; Пьетро Лонго, политическому секретарю социал-демократической партии (назначенному министром бюджета в новом правительстве Кракси); Франко Фоски, христианскому

демократу, министру труда; Энрико Манка, социалисту, министру внешней торговли; Вито Мичели, бывшему руководителю секретных служб: «П-2» означает не только «Пропаганда-2», а также «Власть-2», «Контрвласть»!

Чтобы понять, каким образом человек, весьма скромного происхождения и к тому же действующий в одиночку, смог провести подобную операцию, следует учитывать, что Джелли прозвали также Архивариусом. Дело в том, что он на протяжении более сорока лет методично и безжалостно заносил в свои досье все то, что позволяет оказывать нажим на людей.

В 17 лет, окончив среднюю школу в своем родном городе Пистойя, он поступил в добровольный фашистский батальон «Черное пламя», который был отправлен в Испанию сражаться с республиканцами и «красными». После возвращения на родину некоторые из его собратьев по оружию сделали карьеру в фашистской партии и заняли там ключевые посты. На глазах у Личо Джелли они разлагались и незаконно обогащались. Вот тогда он и завел свои досье. В начале войны вышла его книга «Фотографии и хроника иностранного легиона», а затем он поступил добровольцем сначала в 127-й пехотный полк, а затем в 4-й парашютно-десантный полк. В 1944 г., когда крах фашизма уже стал неминуемым, произошел радикальный поворот в его жизни. Секретные службы фашистской республики Сало, воспользовавшись крахом, совершили легендарное ограбление: они захватили сокровища югославского банка (6 тонн золотых слитков и 2 тонны старинных золотых монет) и отправили их в один из портов на Адриатическом побережье, где ценности были погружены на итальянское судно. Фашистским главарем, которому было поручено сопровождать этот ценный груз, был Личо Джелли. После войны Югославия потребовала вернуть ей сокровища. Но Рим вернул только половину. Остальное исчезло бесследно.

Присвоил ли Джелли часть этих ценностей? Некоторые работники органов правосудия считают, что да. Почему же в атмосфере чистки, захлестнувшей Апеннинский полуостров, будущий великий магистр вне только не был арестован, но никто даже не попытался провести расследование? Ответ на этот вопрос таков — его досье.

Затем туман заволакивает следующий отрезок его жизни. У работников органов правосудия есть только предположения, кое-какие данные и очень мало доказательств. Дело в том, что Личо Джелли тщательно заметал свои следы, совершая бесчисленные поездки, в частности в Аргентину, куда бежали главари итальянских фашистов. Говорят, что он обеспечил себе их дружбу и благодарность, так как помог им вернуть имущество, поспешно брошенное на родине: он перевел эти ценности в Южную Америку. Он провел эти незаконные финансовые операции, за которые получал комиссионные, благодаря поддержке парламентариев — христианских демократов (в его архивах имеются доказательства их фашистского прошлого). Уже тогда Личо Джелли понял, как эффективно действует «стратегия шантажа», как он цинично называет свой метод. Перед ним никто не мог устоять. Об этом свидетельствуют некоторые факты.

Первый факт — дело Роберто Кальви, патрона «Банко «Амброзиано». До того как этот банкир был приговорен к четырем годам тюремного заключения и к штрафу в 15 млрд. лир, миланский судья Лука Муччи отобрал у него в декабре 1979 г. паспорт. Несколько недель спустя он вернул ему паспорт. Почему? Потому что Личо Джелли обратился к Уго Дзилетти, заместителю председателя прокуратуры, и попросил его использовать свое влияние на миланского судью. Уго Дзилетти — член ложи «П-2» и Роберто Кальви смог бежать за границу.

Второй случай — с Руджеро Фирро (член масонской ложи, в списке значится под № 1609), заместителем председателя управления валютных операций. Чтобы перевести миллиарды за границу, Джелли нужно было, чтобы Фирро был назначен председателем управления валютных операций. Умберто Ортолани (член ложи, в списке значится под № 1622), друг великого магистра, вел переговоры о его назначении на этот пост, предложив за это деньги некоторым руководителям христианско-демократической партии.

Третий факт — истории с картотекой досье СИФАР, как в то время называлась итальянская секретная служба, распущенная в 1974 г. Эта служба собрала около 30 000 досье на политических деятелей страны. Она получила приказ сжечь эти досье. Так, вот, во время обыска на вилле Джелли полиция обнаружила досье. Каким образом Личо Джелли заполучил их? При соучастии пяти высших руководителей реорганизованных секретных служб, которые являются членами ложи «П-2».

Четвертый пример — махинации с нефтью. Расследуя жалобу, судья города Триеста обнаружил, что нефть, разгруженная с нефтетанкеров беспошлинно, так как она предназначалась для заграницы, не отправлялась за границу, а сбывалась на территории Италии. Итого государственная казна потерпела убытки на 20 млрд. лир. Как удалось обмануть бдительность финансовой гвардии? Генерал Раффаэле Джудиче. руководитель этой полицейской службы, и еще несколько офицеров финансовой гвардии были членами ложи «П-2».

Личо Джелли, как и положено преступнику, не раз менял местожительство. Вынужденный расстаться с территорией родной Италии, он бежал в марте 1981 г., поселившись в карликовом средиземноморском княжестве Монако. Оттуда, из своей виллы в Монте-Карло, он исчез в очередной раз И марта 1982 г., незадолго до того, как сотрудники итальянских секретных служб, которые долго «ждали приказа» о продолжении расследования, явились в дом к Джелли с ордером на арест. «Великий магистр», как часто бывает в таких случаях, был своевременно предупрежден и сумел скрыться. Он объявился и был схвачен впоследствии в Швейцарии при чрезвычайных обстоятельствах.

… В Женеве, в воскресенье 12 сентября 1982 г. вечером в холл шикарного отеля «Нога-Хилтон», что расположен в самом центре города, заходит усатый господин, одетый в серый костюм, в руках у него небольшой чемоданчик. Он предъявляет документы и просит предоставить ему номер. В документах указаны основные данные: Раффаэль Джорджетти, родился в Анконе 30 октября 1938 г., проживает в Ареццо — виз Рома, 26, по профессии коммерсант, номер удостоверения личности 55422591. Несколько минут спустя он у себя в номере раздевается, принимает душ и вновь спускается в холл. Внизу его ждет известный римский адвокат Аугусто Синагра, остановившийся в той же гостинице. Они беседуют в течение получаса, вместе ужинают в ресторане и около одиннадцати вечера расходятся по номерам.

На следующий день, в понедельник 13 сентября, коммерсант из Ареццо и его адвокат выходят из отеля и пешком направляются в центральное отделение крупнейшего швейцарского банка «УБС». Все это происходит около трех часов дня. Парочка входит в небольшой зал, предназначенный для обслуживания наиболее состоятельных клиентов, и тут Джорджетти неожиданно меняет свое имя, род занятий и национальность. Он предъявляет банковскому чиновнику аргентинский паспорт под номером 2144876, выданный в Буэнос-Айресе на имя предпринимателя Бруно Марко Риччи, и говорит, что хотел, бы осмотреть содержимое сейфов, в которых хранятся его тайные вклады. Служащий банка внимательно выслушивает клиента, записывает номера его счетов и выходит. Через несколько мгновений предпринимателя ждет сюрприз: в зал входят двое агентов швейцарской федеральной полиции и арестовывают его.

Спрашивается: кто такой коммерсант из Ареццо, столь неожиданно превратившийся в аргентинского предпринимателя?

Ответы на эти вопросы содержались в телеграмме, которую пару часов спустя отправили сотрудники Интерпола в Берне своим коллегам в Рим с пометкой «срочно, секретно». В телеграмме сообщалось, что Раффаэль Джорджетти, он же Бруно Марко Риччи, есть не кто иной, как Личо Джелли, только с наклеенными усами и без очков, чтобы его не узнали.

«Джелли, — писали полицейские из Берна своим римским коллегам, — имел в вышеозначенном банковском учреждении («УБС») многочисленные счета на огромную сумму — около 100 млн. американских долларов. На прошлой неделе по распоряжению прокуратуры города Лугано, а также в соответствии с действующим на территории Швейцарии законодательством мы наложили арест на вышеуказанные капиталы, поскольку они принадлежали южноамериканским филиалам миланского банка «Амброзиано», о ликвидации которых было официально объявлено ранее. Исходя из вышеизложенных обстоятельств и руководствуясь имеющейся в нашем распоряжении информацией, мы пришли к заключению, что Джелли прибыл в Женеву, чтобы попытаться снять со счетов эти капиталы и вывезти их за пределы Швейцарии».

В тот же день с неслыханной для итальянского правосудия оперативностью министерство юстиции направило швейцарским властям письмо с просьбой о немедленной выдаче предводителя масонов. На пяти страницах машинописного текста перечислялись основания для выдачи: разработка антиправительственных заговоров, коррупция, мошенничество, политический и военный шпионаж, преступления против государства, правительственных органов, нарушение законов о наследстве, валютных операциях, хранении оружия, шантаж.

14 сентября 1982 г. в женевскую тюрьму «Шан-Долон» на помощь Личо Джелли прибыла целая коллегия лучших в Швейцарии адвокатов. В их числе знаменитый Доминик Понсе, окрещенный за свой выдающийся профессионализм «принцем конституции». Под его руководством были разработаны стратегия и тактика защиты Джелли. Аналитической работе адвокатских умов очень способствовали три с половиной миллиона лир, которые главарь масонов «впредь ежедневно выкладывал на бочку.

Содружество ума и щедрости плюс закулисное вмешательство могущественных политических сил сделали чудеса. Месяц спустя швейцарские власти поверили всем объяснениям Джелли, которые он сделал в присутствии «принца конституции». Получилось, что к банкротству «Амброзиано» предводитель масонов не имеет никакого отношения. Капиталы южноамериканских филиалов миланского банка — это, оказывается, его собственные деньги. С управляющим «Банко Амброзиано» Роберто Кальви, который был тесно связан с масонами и удавлен ими же в Лондоне как неудобный свидетель, Джелли якобы порвал уже Давно. Растаяли обвинения в использовании фальшивых документов. Трюк с паспортами стал выглядеть как невинная шутка. Были почти спасены от конфискации 100 млн. долларов.

Из Италии к руководителю «П-2» также поступали добрые вести. Сообщники главаря масонов делали все, чтобы помешать высылке магистра в Италию, подсыпать как можно больше песку в шестерни специально созданной парламентской комиссии по расследованию подрывной деятельности «П-2». Назначенная главой комиссии Тина Ансельми скоро убедилась, что ее коллеги совсем не горят желанием помогать ей. Бесконечные склоки по процедурным вопросам, сменяющиеся нескончаемыми ораторскими поединками, практически парализовали работу. Побив все итальянские рекорды по неэффективности, расследование продолжалось многие месяцы. Подвалы римского дворца Сан-Макуто, где заседала комиссия, забиты «Гималаями» документов, в которых никто не может ориентироваться. Проведены десятки слушаний, в среднем по 6 часов каждое. Комиссия грозит превратиться в постоянный орган по регистрации злоупотреблений и преступлений, в говорящую энциклопедию коррупции и разложения, разъедающих итальянское общество.

Саботаж, проволочки, демагогия — лишь часть средств, с помощью которых делаются попытки похоронить «дело Джелли». Настоящее наступление развернули весной 1983 г, римские судебные органы против Высшего совета магистратуры (ВСМ). Едва ВСМ принял решение о том, что Личо Джелли — опасная личность, возглавляющая подрывную организацию, которая решила установить контроль над Италией, как тут же последовал контрудар. Римский судья Эрнесто Кудилло немедленно оправдал почти всех членов «П-2» под тем предлогом, что они милые, доверчивые, невинные люди, которых Джелли, этот хвастун и фальсификатор, обманул, умолчав, что его ложа — подрывная, а не опереточная. Часть братьев-масонов судья вывел из-под меча правосудия с помощью гениального по простоте аргумента: когда их принимали в «П-2», в Италии еще не существовало закона, который квалифицировал бы это как преступление. Речь может идти лишь об административном нарушении, а посему дело следует сдать в архив.

Стоило Высшему совету магистратуры заикнуться о намерении ознакомиться с документами римской прокуратуры, как он получил новый удар. Сенатор от христианско-демократической партии Клаудио Виталоне возбудил судебное дело против пяти самых решительных членов ВСМ, выступавших за продолжение расследования деятельности «П-2».

Когда Высший совет магистратуры решил уволить из органов правосудия судей, особенно скомпрометировавших себя связями с «П-2», последовал еще один выпад. Генеральный прокурор Рима Акилле Галлуччи привлек 30 из 33 членов совета к уголовной ответственности за то, что они во время своих заседаний выпили кофе и съели бутербродов на сумму несколько тысяч лир (10 тысяч лир — около 5 рублей), проведенных по статье государственных расходов. Прокурор потребовал сместить судебных работников с занимаемых ими постов, а Высший совет магистратуры распустить. Глядя на размазываемую Галлуччи кофейную гущу, журналисты гадали, сумеет ли судья окончательно упрятать в ней следы скандала вокруг Джелли и «П-2». Понадобилось личное вмешательство президента Италии С. Пертини, чтобы ВСМ оставили в покое.

Время шло, и радужные надежды Личо Джелли, который уже считал дни до своего освобождения, скоро сменились откровенной тревогой. Освобождение явно затягивалось. Вожак масонов начал подумывать: а не хотят ли «братья каменщики» избавиться от него, как избавились от управляющего «Банко Амброзиано» Роберто Кальви?

Оснований для страха было предостаточно. Чем дальше, тем больше Джелли становился для многих крайне неудобной фигурой. Прежде всего для американцев. Цепная реакция нескончаемых разоблачений деятельности «П-2» выставила в весьма неприглядном свете Центральное разведывательное управление США и Белый дом.

Подобную огласку получило использование ЦРУ масонских лож, ставших фактически филиалами этого малопочтенного ведомства в Италии и других странах для разного рода махинаций — от шпионажа, торговли наркотиками и оружием до государственных переворотов. Выяснилось, что на Джелли, влияние которого распространялось многие годы на более чем 500 итальянских масонских лож, объединенных в так называемый «Великий Восток», американские секретные службы вышли еще во время второй мировой войны. И если бы Джелли вдруг заговорил, достоянием гласности стало бы и многое другое.

Вскрылось, что Джелли поддерживал тесные связи с окружением нынешнего президента США. В условиях уже начавшегося в Соединенных Штатах нового предвыборного марафона «дело Джелли» могло сослужить для противников Рейгана такую же службу, как и разгоревшийся скандал с похищением бумаг Картера в ходе предыдущей избирательной кампании.

Наконец, острой костью в горле стал Джелли для швейцарских властей, которых это дело втянуло в дипломатическо-бюрократический конфликт с Римом. В печать просочились сведения, что определенные финансовые круги альпийской республики имели прямое отношение к банкротству «Банко Амброзиано».

Казалось, для Джелли все было кончено — 19 августа 1983 г. женевский суд должен был дать разрешение на его высылку в Италию. Но думать так значило забывать о том, что у Джелли все еще были очень влиятельные соучастники.
Достаточно вспомнить о том, что сказал экс-масон Франческо Синискальки: «Список, переданный органам правосудия, насчитывает всего лишь 962 фамилии. А ведь членами ложи «П-2» были 1720 человек. Следовательно, 758 влиятельных членов ложи продолжают действовать!» Мудрые слова. Слова, на которые не обратили внимания. А ведь можно было предполагать, как подчеркнул судья Сика, что оставшиеся на своих постах члены ложи «П-2» вмешаются в дело. К тому же «великий магистр» сообщил властям фамилии и номера банковских счетов в швейцарских банках «братьев», которые проявили неблагодарность или строптивость. Стратегия шантажа побуждала к взаимопомощи. Вот почему бегство Джелли из тюрьмы «Шан-Долон» не удивляет. Оно доказывает, что оставшиеся на своих постах члены ложи все еще способны подкупать и действовать.

Что же известно о сенсационном исчезновении в ночь с 10 на 11 августа 1983 г. главы итальянской масонской ложи «Пропаганда-2» из камеры № 158 женевской супертюрьмы «Шан-Долон», одной из самых надежных в Швейцарии?

Немногое. Арестован замешанный в исчезновении главаря «П-2» тюремщик Эдуард Череза (31 год), который не только сумел перехватить три предупредительных телефонных звонка полиции, поднятой по тревоге, но и вывел Джелли из тюрьмы. В 7.30 утра после смены охраны предводитель масонов пересек главные ворота «Шан-Долон», спрятавшись в принадлежавшем Черезе автомобиле «рено». На этой же машине они между 7.30 и 8.00 пересекли границу, расположенную в полутора километрах от тюрьмы. Из Франции, как установлено, магистра доставили на вертолете в Монако. Дальше его следы теряются. Чтобы избежать всяких подозрений, Череза должен был бы вернуться к себе домой в Пюплинж, так как он, конечно, знал, что его будут допрашивать. Точно так же, как и его коллег-тюремщиков, дежуривших вместе с ним этой ночью. Но он остался в своем загородном домике во Франции и вернулся к себе домой лишь сутки спустя, чтобы признаться сразу же, что он соучастник Джелли и что он один помог ему бежать за 20 000 франков.

Легко, слишком легко. Человек, который получает 4.500 франков в месяц, не рискнет 7,5 годами тюрьмы за 20.000 франков. При таком тарифе ни одного проходимца не осталось бы в тюрьмах. Или Череза получил больше, гораздо больше денег, или был всего лишь козлом отпущения, которого полиция отдала на растерзание печати для того, чтобы замаскировать гораздо более серьезных соучастников.

Прокручивая еще и еще раз всю предысторию и историю исчезновения главаря масонов, журналисты не могли не обратить внимание на некоторые странные обстоятельства. Стало известно, что еще в феврале 1983 г. швейцарские власти получили в Италии информацию о готовящемся побеге или похищении Джелли и даже об именах его сообщников. Но в Берне не пошевелили пальцем.

Так же давно было известно и о подозрительных контактах Джелли с надзирателем Черезой, телефон которого подслушивали, но от должности тюремщика не отстранили. По существующим правилам каждого террориста, арестованного в Швейцарии, все время переводят из тюрьмы в тюрьму, чтобы помешать его возможному побегу. Для главаря «П-2» почему-то сделали исключение. За несколько дней до исчезновения Джелли над тюрьмой «Шан-Долон» около четверти часа летал неизвестный вертолет, но ни у кого это не вызвало подозрений.

Наконец, непонятно, как один сообщник сумел обеспечить побег или похищение Джелли. Чтобы добраться из камеры № 158 до места, где находился «рено» Черезы, нужно было преодолеть 100-метровый коридор, перегороженный тремя бронированными дверями с двумя замками в каждой, спуститься по лестнице, пересечь футбольное поле, открыть две двери, запирающие автостоянку, причем под прицелом телекамер. Но никто из одиннадцати надзирателей, дежуривших в ту ночь, ничего не видел. «Побег из «Шан-Долон» невозможен без ведома властей», — пришла к выводу швейцарская газета «Вэн-катр эр». Шумиха вокруг главы итальянской масонской ложи «П-2»не утихает, превратившись, как писала газета «Вашингтон пост», в скандал мирового класса.

Западная пресса связывает имя Джелли с любой крупной акцией терроризма в Италии последних десятилетий. Есть доказательства того, что Джелли был лично замешан в большинстве этих преступлений. В то же время имена истинных виновников массовых убийств на итальянских улицах до сих пор неизвестны. Преступления, направленные против республиканского строя, террористические акты, повлекшие за собой большое число человеческих жертв, остаются в Италии нераскрытыми, а заговорщики и убийцы безнаказанными, потому что этому препятствуют их высокие покровители, представители итальянской реакции, стремящиеся к установлению в стране правого режима.

Самые тяжкие кровавые преступления, совершенные в Италии за последние 20 лет, остаются нераскрытыми. В этом плане наиболее печальный рекорд принадлежит террористическим актам, повлекшим за собой большое число жертв: пьяцца Фонтана в Милане, пьяцца делла Лоджа в Брешии, пассажирский поезд «Италикус», железнодорожный вокзал в Болонье. До сих пор не понесли наказания ни непосредственные виновники этих преступлений, ни те, кто стоял за ними. Расследования по этим делам не завершены. А ведь первое из вышеупомянутых преступлений совершено в 1969 г.

За последние два десятилетия стало известно о четырех попытках государственного переворота: 1964 г. — план «Соло», замышлявшийся руководителем секретных служб генералом Джованни де Лоренцо; 1970 г. — путч «черного князя» Боргезе (этот неофашистский путч сорвался в последний момент, когда вооруженные заговорщики уже проникли в министерство внутренних дел и окружили здание итальянского государственного радио и телевидения); 1974 г. — заговор крайне правой организации «Роза ветров» и так называемый белый переворот того же года, т. е. целая серия неофашистских террористических актов, крупнейшими из которых были взрывы бомб на пьяцца делла Лоджа в Брешии (6 человек убиты, 94 ранены) и в пассажирском поезде «Италикус» (12 убиты, 48 ранены). Всякий раз, когда сведения о готовившихся переворотах становились достоянием гласности, производились аресты, брались свидетельские показания, следовали скандальные разоблачения, и всякий раз попытки свершить правосудие лопались как мыльный пузырь.

В течение многих лет политическая жизнь Италии отмечена сотнями убийств. И если сведения о тех, кто непосредственно убивал, весьма скудны или совсем отсутствуют, то об их хозяевах вообще ничего не известно. Кто организовал в 1976 г. убийство судьи В. Оккорсио, первого человека, вскрывшего связи неофашистов с масонской ложей «П-2»? Почему, хотя преступники давно найдены, дело о похищении и убийстве Альдо Моро осталось до конца не раскрытым, и многие требуют от прокуратуры дополнительного расследования? Кто направлял руку убийц генерала Карло Альберто Далла Кьезы? Все это вопросы, оставшиеся без ответов.

Слишком расплывчаты в Италии рамки закона о государственной тайне. Многие в Италии часто и с охотой действуют по принципу агентов спецслужб, согласно которому «судьям нужно рассказывать как можно меньше».

Все началось со следствия но делу о плане «Соло», когда государственной тайной были объявлены все сведения, касающиеся попытки генерала Джованни де Лоренцо осуществить переворот с целью передать всю власть в стране руководству корпуса карабинеров. Тогдашний глава демохристианского правительства А. Моро распорядился изъять из материалов следствия список людей, подлежащих аресту и ссылке, планы создания концентрационных лагерей, схемы будущего административного аппарата, перечень кандидатур на руководящие посты в случае захвата власти заговорщиками. Когда все эти документы были изъяты, партиям правительственного большинства не составило никакого труда убедить общественность в том, что никто в 1964 г. и не помышлял о государственном перевороте.

Государственный аппарат не изменил своей тактики даже после того, как в результате взрыва на пьяцца Фонтана в Милане погибло 16 человек. Когда следователь Джерардо д’Амброзио обратился в секретные службы с запросом о выдаче документов на замешанного в этом преступлении Гуидо Джаннеттини (журналиста, члена неофашистской партии «итальянское социальное движение» агента спецслужбы министерства обороны), ему ответили: «Ничего сообщить не можем, государственная тайна». Впоследствии Джаннеттини все-таки осудили, но некоторое время спустя он был оправдан. В ходе расследования преступления на пьяцца Фонтана, тянувшегося много лет, спецслужбы не только отказывались сотрудничать со следствием, но и помогали замешанным в этом деле неофашистам бежать за границу.

В середине 1982 г., спустя 12 лет после взрыва на пьяцца Фонтана, судьям пришлось написать немало писем и телеграмм в адрес спецслужб с угрозой наложить секвестр на необходимую им документацию, чтобы добиться от них сведений о неофашисте Стефано делле Кьяйе. Созданные вместо бывшей СИД новые спецслужбы СИСМИ и СИСДЕ в нарушение закона, согласно которому только премьер-министр имеет право объявлять секретной подобного рода информацию, отвечали на все запросы судей отказом под предлогом государственной тайны. Дело о кровавой бойне на пьяцца Фонтана так и остается до сих пор не расследованным.

Следователю Лучано Виоланте из Турина было поручено вести «дело Эдгардо Соньо», бывшего дипломата, которого подозревали в попытке совершить летом 1974 г. военный переворот. Виоланте (в настоящее время он депутат от ИКП) попытался подробнее разузнать, что собой представляет Соньо на самом Деле, с кем из военных он связан, кто финансировал заговорщиков. Он обратился за помощью к спецслужбам и к правительству. Ему ответили: «Никакой информации сообщить не можем государственная тайна». Материалы следствия по этому делу как это часто случалось ранее, были переданы в Рим. В результате Соньо даже не побывал на скамье подсудимых (После второй мировой войны Соньо работал на американское Управление стратегических служб. Позже, когда шеф ЦРУ Даллес перевел его в свое шпионское ведомство, Соньо выступил в роли основателя в Италии антикоммунистического движения «Мир и свобода»).

Джованни Тамбурино, следователь из Падуи, в 1974 г. приступил к расследованию крайне запутанного дела. Главную роль в нем играла организация «Роза ветров», в которую входили военные, предприниматели, политические деятели, агенты спецслужб и масоны. Цель этой организации, по словам одного из ее членов, заключалась в том, чтобы «защитить государственные институты от марксизма». Тамбурино знал, что руководство спецслужб могло сообщить ему много ценных сведений. Он обратился к ним за помощью, но в ответ ему заявили, что об организации, именующейся «Роза ветров», они впервые слышат и никаких данных о ней не имеют. Спустя годы, когда это дело было надежно запрятано под сукно во Дворце правосудия в Риме, достоянием гласности вдруг стали досье СИД. В трех объемистых папках были указаны имена, явки заговорщиков «Розы ветров», их передвижения и встречи. Однако и это не помогло. На судебном процессе почти все заговорщики были оправданы, некоторые отделались несколькими годами тюрьмы. А до руководства «Розы ветров», предшественницы масонской ложи «П-2», добраться так и не удалось.

Принцип сохранения государственный тайны зачастую оборачивается в Италии уклонением от сотрудничества со следователями, замалчиванием и способствует сокрытию истины. Существует также и принцип тайны следствия, согласно которому все материалы расследования должны храниться в секретных архивах. В первую очередь это касается тех дел, в которых замешаны военные.

«Самоубийство на почве личной драмы» — так была квалифицирована смерть генерала Антонио Анцы, претендента на пост начальника генерального штаба вооруженных сил в 1977 г. Он знал многое о нелегальных торговцах оружием. А несколько позднее самоубийцей был объявлен и полковник Лучано Росси, много лет прослуживший в секретном отделе финансовой гвардии.

Помимо версии самоубийства нередко используется и версия несчастного случая. Так «дорожным происшествием» была объяснена гибель Карло Чильери, одного из основных участников заговора, во главе которого стоял генерал де Лоренцо. «Несчастный случай» произошел и с Энрико Мино, командующим корпуса карабинеров. Вертолет, на котором он летел в Калабрию, взорвался в воздухе.

Интереснейшие подробности о причастности масонской ложи «П-2» и фашистов к взрыву на вокзале в Болонье привел итальянский журнал «Панорама» (9.8.1982):

«В ноябре 1981 г. итальянец Элио Чолини, отбывающий наказание в швейцарской тюрьме г. Лозанны за злостное банкротство на сумму 700 млн. лир (его считают профессиональным мошенником: в Италии и в Южной Америке, где он долгое время подвизался, он выдал множество необеспеченных векселей и совершил растраты на общую сумму несколько миллионов лир), неожиданно попросил, чтобы его приняли сотрудники швейцарской секретной службы, Он сказал, что должен сообщить им нечто важное. После продолжительных бесед в тюрьме его показания были изложены в объемистом досье, которое швейцарская секретная служба отправила дипломатическим путем в Болонью, следователям Альдо Джентиле, Джорджо Флоридия и Клаудио Нунциата, которые расследуют дело о террористическом акте, совершенном в августе 1980 г. на вокзале в Болонье, где, как известно, погибло более 80 человек и были ранены около 200 человек.

Почему международный мошенник Чолини вдруг заговорил об этом террористическом акте? Что ему об этом известно? Он рассказал поразительные вещи: фашисты, члены масонской ложи «П-2», возглавляемой Личо Джелли, ставшие членами новой масонской ложи, так называемой ложи Монте-Карло, видные финансисты, политические деятели являются участниками заговора, имеющего целью подорвать республиканские институты или захватить и упрочить свою власть в Италии.

Для следователей из Болоньи многое из того, о чем сообщил Чолини, отнюдь не новость. А как насчет доказательств? В декабре 1981 г. итальянские следователи выехали в Лозанну и долго допрашивали в тюрьме мелкого мошенника Чолини в качестве свидетеля. Они обнаружили также, что Чолини прежде, чем приехать в Швейцарию, часто встречался в Южной Америке со Стефано делле Кьяйе, основателем фашистской организации «национальный авангард», которого полиция безуспешно разыскивает еще со времени террористического акта на площади Фонтана в Милане.

«Если вы меня выпустите из тюрьмы, я смогу представить вам доказательства — бумаги, документы, подтверждающие все то, что я говорю», — заявил Чолини следователям. Должно быть, он говорил достаточно убедительно, потому что его выпустили из тюрьмы. И через несколько месяцев он представил целую кучу документов, которые еще больше увеличили его взрывоопасное досье.

Именно благодаря заключенному лозаннской тюрьмы и этому досье вновь активизировалось следствие по делу о террористическом акте на вокзале в Болонье, которое почти застопорилось, затерявшись в лабиринте следов итальянских и международных правых сил: следствие, которое велось подпольно, в обстановке абсолютной секретности, и о котором кое-что стало известно только сейчас, в связи с арестом Эцио Джункильи, руководителя группы масонской ложи «П-2» в Тоскане и организатора исполкома масонской ложи, созданной в Монте-Карло.

Какое отношение имеет монакская масонская ложа к террористическому акту в Болонье? Можно ли верить тому, о чем свидетельствуют документы, представленные Чолини? Следователи настолько в это верят, что 15 апреля этого года выдали ордера на арест делле Кьяйе и группы фашистов, связанных со старой организацией «национальный авангард». А 11 июня этого года они официально привлекли к судебной ответственности по обвинению в причастности к взрыву вокзала в Болонье всех вышеупомянутых лиц и адвоката Федерико Федеричи, тоже члена масонской ложи в Монте-Карло. И наконец, они арестовали Эцио Джункилью. Все это люди, которые сыграли важную роль в истории, начавшейся в 1979 г. в Монте-Карло.

В 1979 г. масонская ложа «П-2», возглавляемая Личо Джелли, оказалась в затруднительном положении: расследования, которые велись в Болонье и Флоренции (по делу о взрыве поезда «Италикус»), сделали менее секретным и более ненадежным этот центр политически-финансовых заговоров и деловых операций. Джелли решил создать новую ложу в столице Монако Монте-Карло, государстве, где нет масонской организации и где, следовательно, можно создать новый «Великий Восток», который получит признание международных масонских лож. В состав новой ложи, которую Джелли назвал «Комитет», он ввел лиц, уже бывших членами ложи «П-2», а также других, которые не фигурируют в списках членов ложи, обнаруженных полтора года назад в его конторе в провинции Ареццо: видных деятелей итальянского политическо-экономического мира, фамилии которых следует держать в секрете, вдали от любопытных глаз.

В создании масонской ложи «Комитет» в Монте-Карло приняли участие Джункилья, Федеричи, Уильям Розати, руководитель отделения ложи «П-2» в Лигурии, скончавшийся в марте этого года, и Энрико Фриттоли, сотрудник экспортно-импортной фирмы «Локади» в Монте-Карло. Контора этой компании, расположенная на улице Сен-Шарль, 5, стала почтовым ящиком масонской ложи «Комитет».

Новая ложа разработала устав и программу. Вот два основных пункта ее устава. Члены ложи: «Чтобы стать членами ложи «Комитет», кандидаты уже должны обладать максимально возможной властью в какой-либо области политической, экономической или культурной жизни». Цели ложи: «Необходимо завоевать власть, осуществлять, сохранять, расширять и делать ее все более прочной».

В прошлом году политическая программа Джелли была обнаружена в сумочке его дочери Марии-Грации, арестованной в аэропорту Фьюмичино. Сначала Джелли лелеял мечту о военном государственном перевороте (вспомните о деле СИФАР более 15 лет назад) и о политическом путче (дело князя Боргезе, 12 лет назад). В 1979 г. Джелли, создав масонскую ложу в Монте-Карло, разработал политический проект консервативно-реакционного толка, своего рода «белый путч», основанный на захвате власти с помощью миллиардных финансовых операций и на замене ряда деятелей в основных политических партиях страны. Установление контроля над органами правосудия, печатью, финансовыми центрами и укрепление власти председателя Совета министров в ущерб президенту республики — это также ключевые пункты программы Джелли.

На рубеже 1979–1980 гг. в связи с неожиданной активизацией правого терроризма в Италии ложа «Комитет», которая была разделена на 33 секции с соответствующим числом председателей, стала также центром совещаний закулисной политической и финансовой власти, сосредоточенной в руках Джелли и связанной с ним.

Некоторые из этих совещаний, состоявшихся в отеле «Париж» и на одной из вилл княжества Монако, привлекли особое внимание итальянских следователей. На одном из этих совещаний, состоявшемся 11 апреля 1980 г., обсуждались крупные операции. Одна из этих операций — сделка «ЭНИ» «Петромин» о поставках саудовской нефти Италии только что завершилась катастрофой: 120 млрд. лир, выплаченных в качестве взятки, были блокированы парламентским расследованием этого дела. Но были и другие способы «заработать» деньги.

В совещании 11 апреля, подтвержденном целым рядом протоколов, которые Чолини, выпущенный из лозаннской тюрьмы, сумел достать для работников правосудия, приняли участие крупные деятели итальянских финансов и политические, деятели ряда партий. На совещании обсуждался вопрос о передаче государственного концерна «Монтэдисон» в частные руки и была достигнута договоренность о совместных операциях на бирже (с лета 1980 г. за несколько месяцев курс акций повысился вдвое); кроме того, на нем обсуждались политические проекты в духе «белого путча» Джелли. И, наконец, на нем обсуждался вопрос о создании летом 1980 г. «горячей атмосферы» в Италии, чтобы отвлечь внимание от финансовых операций и, таким образом, действовать спокойно.

Выполнение последней части проекта было поручено Личо Джелли, который тоже присутствовал на совещании. А Джелли знает, как обделывать дела, знает, к кому обращаться. С давних пор, а именно с 1963 г., когда он стал членом масонской организации, рядом с ним постоянно находится Стефано делле Кьяйе, замешанный почти во всех операциях фашистов, секретных служб и правого терроризма за последние 15 лет. Делле Кьяйе — это тот самый нужный человек. В Италии его ставленниками являются два фашиста, тесно связанные с военной разведывательной службой, представители более молодого поколения (им по 28 лет) — Альфредо Гранити и Пьерлуиджи Пальяй. Болонские следователи сначала выдали ордера на их арест «за участие в подрывной организации, ставящей своей целью покушение на государственные транспортные средства в Риме, Болонье и других городах», а затем привлекли их к уголовной ответственности за участие в террористическом акте в Болонье.

Согласно версии событий, над которой сейчас работают следователи, исходя из информации, полученной от Чолини, именно эти люди были фактическими организаторами взрыва вокзала в Болонье. Непосредственными исполнителями террористической акции в Болонье были два очень молодых террориста из западногерманской молодежной группы, связанной с нацистской организацией Гофмана. Два члена этой группы получили чемодан с взрывчатым веществом, который они оставили в толпе отпускников на вокзале в Болонье». Журналист Коррадо Инчерти, автор выше процитированной статьи в еженедельнике «Панорама», поостерегся сделать главный вывод, который напрашивается сам собой: тайная империя шантажа и террора, управление которой приписывается Джелли, так заботливо продублирована (штаб-квартиры в Италии и за границей, убийцы и диверсанты разных национальностей), что может функционировать при любых провалах на национальной территории.

Интернационал террора запрограммирован на периодическую смену «управляющих» и киллеров, отдаваемых на растерзание судов, прессы и негодующей общественности. Накал классовой борьбы, нежелание прогрессивных сил идти на заклание к фашистам, часто путают карты ультраправым и их пособникам. В Италии самая сильная массовая коммунистическая партия в Западной Европе. Антипатриотический, антиитальянский курс части буржуазных партий в Риме, подыгрывающих Вашингтону, непопулярен в Италии. Дестабилизации экономического и политического положения на Апеннинах страстно желают слабеющие Соединенные Штаты Америки. На союзников-соперников они обрушивают усилиями секретных служб чум у террора и финансовых банкротств. Фундаментальный анализ в этой области требует большого профессионального мужества у итальянских журналистов. Не случайно наиболее значительные статьи на эту тему публикуют в Италии под псевдонимом или вообще без подписи. К подобного рода выступлениям относится приводимый отрывок из редакционной статьи журнала «Эспрессо» (4.9.1983) «Секретные документы банкира Кальви»:

«Год назад, то есть со времени краха «Банко Амброзиано», монсеньор Поль Марцинкус внезапно прозрел, или, по крайней мере, пытался в этом убедить. Он повторяет при каждом удобном случае: «Я ничего не знаю. Меня обманули. Я тоже пострадавший». Уже не первый раз монсеньор Поль Марцинкус, американец по национальности, епископ Ортинский, руководитель ватиканского банка Институт религиозных дел (ИОР), изображает святую невинность. Он уже пытался применять эту тактику в 1974 г., чтобы отмежеваться от последствий краха банка Микеле Синдоны.

Сейчас, после банкротства «Банко Амброзиано» Роберто Кальви, в самый разгар скандала, связанного с газетно-издательским трестом «Риццоли», Поль Марцинкус пытается повторить свою попытку. Он уверяет, что ничего не знал о сделках, которые Кальви совершал от его имени, что не имеет никакого отношения к тайным финансовым операциям различных панамских, багамских и других компаний, которые были связаны с «Банко Амброзиано». Он уверяет, что ни разу не был в тресте «Риццоли», практически исключая всякий оперативный контакт с руководителями масонской ложи «П-2» Личо Джелли и Умберто Ортолани. Да, кое-какие документы ИОР подписал, то есть пресловутые гарантийные письма, в которых Ватикан признавал своими подставные компании, несущие ответственность за всю «задолженность» (более 1000 млн. долларов) «Банко Амброзиано»; но эти письма, как он утверждает, представляли собой всего лишь проявление любезности по отношению к другу — Роберто Кальви.

Но ссылки на неведение, на святую простоту опровергаются документами, которые мы обнаружили на Багамских островах в сейфе бывшего президента «Банко Амброзиано», документами, подписанными самим Полем Марцинкусом. Кроме того, есть еще результаты расследования, проведенного органами правосудия Милана, относительно уже не столь таинственных финансовых операций, связанных с газетно-издательским трестом «Риццоли» — «Коррьере делла сера» (одна из крупнейших итальянских газет. — Ред.). И в том, и в другом случае Ватикан, действуя через Поля Марцинкуса, играл роль непосредственного и активного участника. Удивляет также то, что до сих пор никто из пытавшихся выяснить правду не пошел по следу, который ведет в Ватикан.

Документы, хранившиеся на Багамских островах. Итак, Марцинкус утверждает, что он никогда и ничего не знал о хитросплетениях банковской империи Кальви. В действительности же более 10 лет Марцинкус не только был в курсе всех операций, но и сам оперировал подставными компаниями «Банко Амброзиано» с полным знанием дела. Об этом свидетельствует операция с «Банко каттолико дель Венето», проведенная 27 июля 1971 г. В тот день «Компендиум» (акционерная холдинговая компания с главной конторой в Люксембурге, ул. Альдрингер, 14), принадлежащая «Банко Амброзиано», направила следующее письмо Институту религиозных дел в Ватикан: «Имеем честь сообщить Вам о нашем предложении: мы намерены приобрести до 50 проц. акций, составляющих основной капитал «Банко каттолико дель Венето» в гор. Венеция.

На практике это означает, что Ватикан должен получить 46,5 млн. долларов (по курсу, существовавшему 12 лет назад) в обмен на передачу в собственность компании «Компендиум» контрольного пакета акций «Банко каттолико дель Венето». Это крупная операция по преобразованию банка из церковного в мирской, которую пытаются даже оправдать ссылками на мораль: «Сообщаем Вам, — пишет компания «Компендиум» Институту религиозных дел, — что мы берем на себя официальное обязательство сохранить неизменным с точки зрения благородных социальных, моральных и религиозных католических идеалов направление деятельности «Банко каттолико дель Венето». Просим Вас в случае Вашего согласия оставить для нас вышеупомянутые акции». На двух страницах письма, подписанного Роберто Кальви «по специальному поручению «Компендиума», дважды поставлена большая круглая печать ИОР с надписью в центре «Город Ватикан» и стоит замысловатая крупная подпись монсеньора — П. К. Марцинкус.

Итак, подведем итог. Чтобы сохранить приверженность «благородным социальным, моральным и религиозным католическим идеалам», ИОР продает свои акции «Банко каттолико дель Венето» финансовой компании, принадлежащей «Банко Амброзиано» и имеющей главную контору в Люксембурге, то есть в налоговом рае, известном как таковой во всем» мире. Но письмо «Компендиума» — это всего лишь начало сложной и весьма запутанной операции. В качестве приложений к этому документу, подписанному Кальви и Марцинкусом, в сейфе на Багамских островах хранится множество банковских счетов ИОР (регистрационные номера 555034 и 578100, исходящий номер 3206; они относятся к банковскому счету в ценных бумагах № ДУ 90521). Из них явствует, что контрольный пакет акций «Банко каттолико дель Венето», официально проданный ИОР компании «Компендиум», в действительности остался в сейфе Ватикана и официально передавался в разные периоды то одной, то другой из подставных компаний.

Так, например, 29 октября 1971 г., всего через три месяца после первой продажи своей собственности, ИОР сообщает, что часть акций «Банко каттолико дель Венето» приобретена другой подставной компанией — «Радоуэл файнэншл истеблишмент» с главной конторой в Вадуце, столице княжества Лихтейнштейн, которая тоже является налоговым раем. И вдруг совершенно неожиданно мы обнаруживаем «Радоуэл файнэншл истеблишмент» в финансовом документе от 31 августа 1972 г., представляющем собой перечень имущества, принадлежащего акционерному обществу-держателю «Дзитропо». Документ подписан Пьер-Сандро Маньони, который больше известен как зять Микеле Синдоны. И опять-таки название «Дзитропо» мы вновь обнаруживаем — как доказательство того, что отношения никогда не прерывались — в письме ИОР от 8 октября 1981 г. (регистрационный номер 775640, исходящий номер 1120), адресованном «Амброзиано сервисиз», Люксембург, бульвар Руайяль, 25-а. В этом письме ИОР официально поручил «Амброзиано сервисиз» оказать содействие в составлении бухгалтерской отчетности и снабжать информацией ряд компаний, и в первую очередь как раз «Дзитропо».

Вся эта документация доказывает, как минимум, что ИОР во главе с Полем Марцинкусом многие годы знал о самых секретных, сложных и бесчестных механизмах финансовых операций Роберто Кальви. В общем, его ссылки на святую наивность явно несостоятельны: налицо нить, длинная нить, которая на протяжении десяти лет и более связывает с ИОР финансовые компании, входящие в группу «Банко Амброзиано», о чем свидетельствуют, впрочем, также те гарантийные письма, значение которых Марцинкус сейчас так отчаянно опровергает.

Этот экскурс в прошлое, пусть даже беглый, порождает множество вопросов, и некоторые из них свидетельствуют об уголовно наказуемых деяниях. Например: с ходе всех этих операций, связанных с продажей за границу контрольного пакета акций итальянского банка, позаботился ли кто-либо о том, чтобы поставить на проданных акциях, как это предписывает закон, штамп: «Акции, имеющие хождение за границей»?

ИОР и газетно-издательский трест «Риццоли». Уже давно известно, что приобретение «Банко Амброзиано» контрольного пакета акций газетно-издательского треста «Риццоли» произошло при тайном и активном участии многих прелатов. Но лишь совсем недавно в ходе расследования было выяснено, что ИОР вместе с главными руководителями «Банко Амброзиано» был одним из тайных непосредственных участников сложной финансовой операции, которая была проведена частично в Италии и частично за границей и которая привела к официальному изменению владельцев капитала газетно-издательского треста «Риццоли», то есть операции, за которую несколько месяцев назад были отправлены в тюрьму Бруно Тассан Дин и Анджело Риццоли. В ходе того же расследования прокуратура выдала новые ордера на арест Личо Джелли и Умберто Ортолани.

Новость заключается вот в чем: в начале 1981 г. 9,8 проц. акций газетно-издательского треста «Риццоли», которые в течение многих лет хранились в сейфах отделения банка Ротшильда в Цюрихе, были, приобретены панамской компанией «Беллатрикс». А эта компания не только упоминается в гарантийных письмах, выданных ИОР Роберто Кальви, но и является прямым филиалом (это выяснил сам банк Ротшильда) другой компании — «Маник», которая, как считают итальянские и международные финансовые круги, принадлежит ИОР, то есть Ватикану.

Вернемся на несколько лет назад. В 1978 г. финансовое положение треста «Риццоли» уже было очень тяжелым: семейство Риццоли фактически не контролировало свой трест, поскольку 80 проц. его акций были заложены, чтобы уплатить самые неотложные долги. Очень немногие знали о том, кто в действительности был новым владельцем треста. Это, несомненно, знали Кальви, Джелли, Ортолани и — сейчас это можно утверждать, — очевидно, также Ватикан. Все хранили это в таком секрете, что даже самые ближайшие и информированные сотрудники Кальви ничего не могли понять.

Риццоли и Тассан Дин заявили следователям и специальной парламентской комиссии по расследованию деятельности масонской ложи «П-2», что они поняли, кто был таинственным организатором этой операции только в тот момент, когда они выкупили 80 проц. акций. На обратной стороне акций стоял штамп ИОР. Роберто Кальви настоятельно рекомендовал им: «Возьмите эти акции и уничтожьте их немедленно».

Следует обратить внимание еще на две совершенно неизвестные подробности этой операции. Письмо о выкупе 80 проц. акций треста было вручено Анджело Риццоли лишь в самую последнюю минуту; до тех пор его ревниво хранил у себя Личо Джелли. И к тому же эта операция, несмотря на ее

необычайную важность (возвращение в руки Риццоли 80 проц. акций треста было необходимо для того, чтобы затем увеличить капитал и определить новую структуру — доли владельцев), была проведена немного позднее первоначально намеченного срока, потому что как раз в это время (это произошло в феврале 1981 г.) в ходе расследования по делу Микеле Синдоны был арестован Луиджи Меннини, второй по значению руководитель ИОР. А вручить Анджело Риццоли все эти акции мог только Меннини, так как они хранились в его сейфе в Ватикане.

Следы ИОР на этом не кончаются. Сам Джелли навел на след Ватикана во время продолжительных тайных переговоров, которые предшествовали фактическому увеличению капитала треста «Риццоли». Он развил в это время лихорадочную деятельность: разрабатывая секретные планы, создавал сеть контролирующих механизмов. В общем большая путаница, окруженная максимальной тайной. И документы, которые подтверждают эти сложные хитросплетения, отражают совершенно неслыханные масштабы весьма прозаических мошенническо-деляческих операций.

Бруно Тассан Дин, бывший одним из участников этих встреч, во время которых решалось будущее треста «Риццоли», рассказал, что время от времени Джелли прерывал заседания для того, чтобы как он говорил, «проконсультироваться за Тибром». Один из участников заседаний из любопытства последовал за ним и обнаружил, что глава ложи «П-2» вошел в особняк на набережной Арнальдо да Брешия, 14. Что находится в этом особняке, не удалось до сих пор выяснить никому; рядом со звонком на дощечке значатся лишь номера внутренних помещений без указаний, кто там размещается. На звонки никто не отвечает».

Так заканчивается статья без подписи в еженедельнике «Эспрессо». О том, кто является хозяином особняка, журнал намекнул более чем прозрачно. Американские спецслужбы осуществляли координацию усилий таких «управляющих» в закулисном мире прессы, бизнеса, политики, мафии, церкви, как Марцинкус, Джелли, Кальви, Синдона. Выполняя чужую волю, эти четверо манипулировали министрами, генералами, судьями, прелатами, террористами, бизнесменами, издателями и журналистами. Все четверо, будучи партнерами по конкурирующему бизнесу, люто ненавидели друг друга и все покинули политическую авансцену в основном из-за чрезмерных алчности и коварства по отношению к собственным хозяевам и коллегам.

Империалистическая пирамида власти не поколебалось от ухода в небытие названных мошенников. В том виде, в каком эту пирамиду хотели бы видеть американские и итальянские ультраправые, скандалы 1981 г. ее даже укрепили. Провалы личной карьеры, разоблачения крупных политических и финансовых авантюристов были использованы в качестве очередных вкладов в «стратегию устрашения». Смакование чудовищных подробностей уголовных деяний, безнаказанно творимых десятилетиями, подробнейшие описания глумлений над всеми законами и моральными нормами широко осуществлялось капиталистическими средствами массовой информации с целью заставить итальянцев смириться с неизбежностью — с переходом от режима буржуазной демократии к диктату неофашистской олигархии. Бегство из швейцарской тюрьмы Личо Джелли возродило в Италии опасения, что масонская ложа «П-2», которую он возглавлял, продолжает свою антигосударственную деятельность, передавал римский корреспондент информационного агентства Рейтер (18.8.1983). События последних дней, продолжает он, подтверждают подозрения, что ложа активна до сих пор и располагает широкими связями за границей. Итальянские судебные органы, которые надеялись после выдачи Джелли швейцарскими властями пролить свет на многие скандальные истории, потрясавшие страну в последние годы, и установить, кто стоял за планами дестабилизации обстановки в Италии, теперь потеряли такую надежду. Как отмечает Рейтер, это связано как с исчезновением Джелли, так и с тем, что многие лица, имена которых были обнаружены в списке членов «П-2», продолжают заниматься политической и общественной деятельностью в стране.

Как заявил в интервью корреспонденту Рейтер член специальной парламентской комиссии по расследованию деятельности масонской ложи «П-2» Альдо Риццо, структура ложи осталась нетронутой, несмотря на решение парламента о ее роспуске. «Многие члены «П-2» до сих пор занимают важные посты», — сказал он. По словам А. Риццо, несмотря на проведенную чистку, 5 особенно много остается их в таких ключевых государственных органах, как министерство внутренних дел, МИД и министерство 5 обороны. Однако, по мнению депутата, Джелли не был главным действующим лицом в махинациях «П-2», за ним скрывались гораздо более влиятельные деятели. «Джелли использовался ими как организатор, — заявил А. Риццо. — Эти люди сегодня столь же могущественны, как и раньше, поскольку их скандальные разоблачения не коснулись».

Империалистическая пропаганда (не путать с масонской ложей под символическим названием «Пропаганда-2»), заставила в который раз итальянского обывателя содрогнуться и перекреститься, когда ему назвали лишь один из вариантов серии имен тех, кто был на самом верху тайной «империи Джелли» — несколько крупных представителей христианско-демократической партии.

Расширение списка тайных руководителей и единомышленников масонской ложи «П-2» осуществлялось невидимым дирижером империалистической пропаганды. Увольнение ненужных, исчерпавших себя членов подрывной организации дополнялось компрометацией невиновных, попытками дискредитировать тех крупных политиков, которые стоят на пути террористов. В последних числах декабря 1981 г. в парламентскую комиссию по раследованию незаконной деятельности ложи были подброшены магнитофонные записи одного телефонного разговора. Помимо содержания беседы сам факт появления этого документа говорил о незатухающей деятельности разгромленной якобы ложи и активных действиях ее беглых управляющих — Л. Джелли и У. Ортолани.

В итальянском еженедельнике «Панорама» (23.12.1981) была опубликована статья, в которой говорилось о состоявшемся в декабре 1981 г. телефонном разговоре между генеральным директором издательской группы «Риццоли» Б. Тассан Дином и «великим магистром» ложи «П-2» Л. Джелли. Последний, писала «Панорама», оказывал на руководителей издательства группы сильный нажим и склонял их продать крупнейшую в Италии газету «Коррьере делла сера» «своему человеку» — миланскому промышленнику Дж. Кабасси. Почти сразу же после публикации в «Панораме» Тассан Дин направил в парламентскую комиссию по расследованию деятельности «П-2» памятную записку, где подтвердил изложенные в журнале факты.

При прослушивании в парламентской комиссии пленок вскрылись неожиданные факты: в одном из телефонных разговоров упоминалось имя председателя Совета министров Дж. Спадолини. В частности, собеседник Тассан Дина утверждал, что Дж. Спадолини обращался с просьбой о принятии его в члены ложи «П-2». Эти сообщения немедленно были опровергнуты канцелярией правительства. В опубликованном заявлении «решительно отвергается клеветническая попытка связать в какой-либо форме имя. председателя совета министров с именем руководителя ложи «П-2». Единственный вопрос, по которому Спадолини поддерживал связь с масонской ложей «П-2», — это открытая борьба против секты, являющейся тайным центром коррупции и представляющей реальную опасность для демократии, опасность, которая с каждым днем становится все более очевидной».

Газета «Унита» (5.1.1982) писала, что магнитофонные записи телефонных разговоров были специально направлены в парламентскую комиссию, чтобы скомпрометировать Спадолини и спровоцировать досрочные парламентские выборы. В момент, когда в стране развертывалась острая политическая борьба вокруг того, быть или не быть в Италии досрочным выборам, эти события могли оказаться решающими для судьбы правительства. События последующих двух лет подтвердили упорную тенденцию правых политических сил и их пропаганды подбрасывать «факты» с целью отпугнуть массы избирателей от ряда политических деятелей, неугодных реакции. Серия непрекращающихся нападок, к примеру на Дж. Андреотти, имела целью «вывести из игры» одного из самых реальных претендентов на пост президента Италии.

Произведя ряд публичных жертвоприношений и сохранив в неприкосновенности главные структуры тайных подрывных центров, правые силы наносили большой ущерб национальной экономике (коррупция, утечка капиталов за границу, дестабилизация тех промышленников, которые не изъявляли готовности кланяться американским или местным масонам). С помощью масштабных финансовых махинаций банкиры из числа ультраправых сумели завладеть или подорвать позиции большей части итальянских буржуазных средств массовой информации — телевидения, радио, прессы и кино. Крах крупнейшей итальянской издательской компании «Риццоли-Коррьере делла сера», выпускавшей на собственной полиграфической базе миллионы экземпляров книг, 6 ежедневных, 13 еженедельных и 18 ежемесячных журналов, производящей кинофильмы, многие из которых завоевали киноэкраны всего мира, стал олицетворением многих итальянских бед. В январе 1983 г. по обвинению в злостном банкротстве были арестованы по приговору суда и посажены в тюрьму на. 37 дней владелец фирмы Анджело Риццоли-младший и генеральный директор фирмы Бруно Тассан-Дин. Издательская фирма вместо доходов коллекционировала долги, исчислявшиеся многими сотнями тысяч долларов. Значительная часть из них была потрачена, как выяснилось, на подкуп влиятельных лиц из правительственных партий. Чтобы получать банковские ссуды, руководству издательской фирмы необходимо было иметь покровительство со стороны власть предержащих, которые за услугу требовали ответную услугу, в том числе политического характера, навязывая изданиям Риццоли угодный себе курс, толкая руководителей и владельцев треста на новые авантюры. В итальянской прессе время от времени появлялись все новые имена буржуазных политических деятелей, которые, принимая щедрые подачки Риццоли, способствовали краху крупнейшего итальянского издательского треста.

Наиболее ясно историю захвата «Риццоли» правыми силами изложил в мае 1983 г. римский еженедельник «Эспрессо»:

«Банкиры-масоны из скандально нашумевшей тайной ложи «П-2» Ортолани, Джелли, Кальви предоставили «Риццоли» кредит из ростовщического процента. Миллиарды лир долга стали множиться как бы сами собой.

Находясь в тюрьме, Анджело Риццоли и Бруно Тассан Дин повторили следователям то, что ранее рассказывали близким друзьям. «Если в своих показаниях они говорят правду, — говорит Массимо Теодори, депутат от радикальной партии и член парламентской комиссии по расследованию дела о масонской ложе «П-2», — то перед нами открывается возможность сделать еще один шаг по пути раскрытия той системы коррупции, закулисных сделок и сообщничества, внутри которой параллельно — а то и перекрестно — действовали правительственные партии и тайные центры власти типа «П-2».

Попробуем проследить, кому это было выгодно.

Преследуемый кредиторами, Анджело Риццоли приезжает в 1977 г. в Рим и приступает к «паломничеству по семи холмам», начиная с таких крупных государственных кредитных банков, как «Италкассе» и ИЧИПУ (Институт кредитования промышленных предприятий госсектора), которые, как он был наслышан об этом, сыпят миллиардами, словно семечками. В банках, однако, визитеру разъяснили, что требуется согласие политиков, причем не упустили случая намекнуть, что в правительственных партиях не слишком довольны поведением Пьеро Оттоне, который в тот момент был главным редактором миланской газеты. «Коррьере делла сера». Анджело стучится в двери политиков, но те поначалу изображают неприступность: мыслимо ли оказывать нажим на такие ведомства, как «Италкассе», ИЧИПУ и т. п.?! Риццоли продолжает настаивать. Запускается механизм «комиссионных». Первыми на сцене появляются «организаторы встреч»: все они получают щедрое вознаграждение. В их числе значится, например, Мауро Леоне — сын Джованни Леоне, который был тогда президентом республики. Младший Леоне, естественно, вхож в любые круги; он предлагает Риццоли — разумеется, не безвозмездно — свои связи, причем не только в Италии. При посредстве сына главы государства Анджело Риццоли устанавливает контакт с такими людьми, как, например, Рокфеллер или банкир кардинала из Кёльна Хеффнер. Однажды за ужином все тот же Мауро Леоне знакомит Риццоли с главой баварского христианско-социального союза Францем-Йозефом Штраусом.

Фирма «Риццоли» передала христианско-демократической партии «подарок» в 800 млн. лир и провела соответствующие переговоры с достопочтенным Мауро Буббико, депутатом парламента от ХДП. Еще 450 млн. были переданы социалистической партии (ИСП), Рино Формике, который был тогда» главным администратором ИСП.

Впрочем, Буббико и Формика далеко не единственные политические деятели, чьи имена значатся в секретной отчетности «Риццоли». С ними соседствуют, например, заместитель политического секретаря ИСП Клаудио Мартелли, председатель ХДП Фламинио Пикколи, лидер социал-демократической партии (ИСДП) Пьетро Лонго, депутат парламента от ХДП, Джан Альдо Арно. Все они были членами «П-2», а лидер такой неизменно правительственной партии, как ИСДП, Пьетро Лонго был любимцем заправил ложи Джелли и Ортолани. Социал-демократам перепало от Риццоли около сотни миллионов лир, христианским демократам 180–200 млн. лир.

Такова в беглом пересказе история многомиллиардного потока, подорвавшего в конце концов экономическую устойчивость крупнейшей издательской компании Италии. Существуют между тем другая сторона этой истории, которую — пусть отрывочно и второпях — успел рассказать нам до ареста Бруно Тассан Дин.

В 1980 г. «Риццоли» начинает черпать воду обоими бортами: задолженность компании достигает 280 млрд. лир и проценты по долгу превращаются в. сущую удавку. Тассан Дин приступает к поискам партнерев, которые позволили бы увеличить капитал компании. На словах охотников войти в долю владения вечерней газетой «Коррьере» пруд пруди, реальных же пайщиков найти непросто. В конце концов приходится соглашаться на «проект Джелли» (проект этот позже будет обнаружен в конфискованных бумагах главы «П-2»): 40 процентов акций останется у Риццоли, 40 процентов перейдет к группе пайщиков, состав которой будет уточнен позже, а 10,2 процента будет находиться в руках у «государства в миниатюре», как порой называл свою тайную ложу Джелли.

Тассан Дин все же продолжал поиски какого-нибудь другого выхода из положения, но по-прежнему тщетно.

Тем временем ситуация в корне меняется: сведения о «П-2» становятся достоянием гласности, вспыхивает неслыханных масштабов скандал, Джелли скрывается от ареста. Казалось бы, его «проект» в корне перечеркнут событиями. Но. переговоры с Риццоли и Тассаном Дином продолжаются: их ведет Роберто Кальви — управляющий миланским «Банко Амброзиано», крупнейшим частным банком страны, в котором, как выяснилось позже, при посредничестве «П-2» взаимодействовали, в частности, ватиканские капиталы и капиталы мафии.

Напрашивается естественный вопрос: Кальви действовал в одиночку или за ним стояли все те же Ортолани и Джелли (а может быть, и еще кто-то)?

Как бы то ни было, переговоры некоторое время спустя завершаются в довольно точном соответствии со схемой Джелли: 40 процентов остается Риццоли, еще 40 процентов приобретает финансовая компания «Чентрале», находящаяся под контролем «Банко Амброзиано», и незначительная доля размещается в банке Ротшильда. «Ну а остальные 10,2 процента?» — спрашивает Кальви у Тассана Дина. «Они будут у меня, — отвечает, если верить его рассказу, управляющий «Риццоли».

— На их основе мы образуем контрольный синдикат, который будет гарантировать линию издательства от внезапных скачков и перемен». Все это происходило незадолго до ареста Кальви.

Следующий эпизод связан с обнародованием заключенной сделки. Тассан Дин настаивал на скорейшем предании ее гласности, Кальви противился, как мог, Мотивы его сопротивления стали понятны лишь в середине 1981 г., когда за ним захлопнулись двери тюрьмы.

Сразу после ареста Кальви на «Коррьере» обрушилась очередная волна давлений и угроз. Клаудио Мартелли потребовал от Тассана Дина, чтобы газета выступила против миланской прокуратуры, распорядившейся об аресте банкира. Затем к управляющему «Риццоли» явился эмиссар от Кабасси, владельца крупной компании недвижимости и одного из пользующихся протекцией как ХДП, так и ИСП претендентов на покупку доли акций «Коррьере»: если Тассан Дин выйдет из игры — таков был смысл переданного им предложения, — то у Кабасси для него отложены пять миллиардов лир отступного. «Вы неугодны влиятельным политическим силам», — подтвердил неуступчивому менеджеру и один из важных заокеанских гостей.»

Последняя фраза из статьи в журнале «Эспрессо» может служить ключом к пониманию причин краха фирмы «Риццоли». Ее глава был связан с масонами, а в состав административного совета издательского концерна входил Умберто Ортолани, банкир, занимавший в иерархии ложи «П-2» место рядом с Джелли, а возможно, и выше. Но и это правые считали недостаточным. Кое-кто, в частности Тассан Дин, проявляли строптивость. Общий курс политических изданий фирмы «Риццоли» вызывал неудовольствие американских и итальянских масонов с удостоверениями ЦРУ в кармане.

Перечень государственных преступлений в Италии, совершенных с ведома членов ложи «П-2» и ЦРУ, обширен и не исчерпывается попытками политических переворотов, терроризмом и финансовыми аферами. Хорошо известно, что Апеннинский полуостров используется итало-американской мафией в качестве перевалочной базы и отчасти места производства огромных партий наркотиков и оружия, растекающихся затем в разные страны. Генри Арсан, крупный оптовый торговец оружием, многие годы был тесно связан с Джелли и с окружением Мехмеда Али Агджи. Арсан входил в число непосредственных организаторов покушения на Иоанна Павла II.

Международная банда, занимающаяся тайной торговлей оружием, была раскрыта на севере Италии в ноябре 1982 г. В Милане, Тренто и в других городах Северной Италии были тогда арестованы люди, замешанные в подпольной международной торговле оружием. По словам судебного следователя Карло Палермо из города Тренто, который проводил следствие с 1979 г., главным обвиняемым в этом грязном деле является 70-летний Генри Арсан, проживающий в Лугано (Швейцария), владелец миланской импортно-экспортной фирмы «Стибам». Арсан и другие итальянские граждане, замешанные в этом деле, — владелец военного завода Ренато Гамба, два хозяина крупнейшего в Милане оружейного магазина «Сакки» и др. — обвиняются в принадлежности к преступной организации, занимающейся нелегальной торговлей оружием.

В обвинительных актах продолжающегося и по сей день следствия упоминаются сотни вертолетов «кобра» и танков «леопард», тысячи гранат и снарядов и другое оружие американского производства, находящееся на вооружении американских войск в Западной Европе. Несколько партий этого вооружения во время их перевозок на кораблях по пути между Федеративной Республикой и Соединенными Штатами было направлено в другие страны, в частности на Ближний Восток. Куда еще? Газета «Коррьере делла сера» (15.3.1983) отмечала, что речь, в частности, шла о продаже 230 танков на Тайвань, 20 танков и вертолетов в Сомали, партий ракет в некоторые страны Южной Америки и др.

По сообщению газеты «Унита» (30.11.1982), речь идет «о современном оружии, о котором итальянская армия даже не мечтает, оружии с системой наведения, способном соперничать с самым новейшим оружием, производимым в других странах мира. Несколько месяцев назад при продаже одной-единственной партии было тайно сбыто оружия более чем на 200 миллионов долларов».

Генри Арсан и его фирма «Стибам» в Милане были оперативным центром организации, имеющей весьма широкие разветвления не только в Северной Италии, но и в других странах Западной Европы. Газеты сообщали, что в настоящее время проводится следствие в Швейцарии. Другой факт, который подчеркивала вся итальянская печать, касается того, что эта нелегальная торговля оружием связана и с торговлей наркотиками. Это означает, что героин, морфий и другие наркотики, отправляемые с Ближнего и Дальнего Востока, прибывали в Милан, а на доходы от их продажи закупалось оружие, которое из Северной Италии переправлялось в самые разные районы мира.

Казалось бы, собранные следственными органами данные не оставляли сомнений в том, кто стоит за спиной подпольных торговцев оружием. Об этом наглядно свидетельствовало и клеймо «Сделано в США», которым были отмечены многие виды продававшегося оружия. Однако вопреки элементарной логике арест преступников был использован в Италии для того, чтобы подлить масла в огонь антисоциалистической, в частности антиболгарской, кампании, которая вот уже несколько месяцев искусственно раздувалась на Апеннинах. Буржуазные газеты без всяких на то оснований принялись утверждать, что торговлю оружием направляют «болгарские секретные службы».

На подпольных торговцев оружием Карло Палермо вышел случайно, ведя следствие по делу о контрабанде наркотиками. Затем выяснилось, что Арсан уже давно работал на американскую секретную службу. Дальше — больше. В последних числах марта 1983 г. Карло Палермо отправился в Рим и там подписал ордера на арест пяти человек. Итальянские газеты сообщили, что трое арестованных непосредственно связаны с итальянскими секретными службами и поддерживали контакты с ЦРУ.

В Риме у Карло Палермо состоялась многочасовая беседа с руководителем итальянской службы военной безопасности СИСМИ генералом Нино Лугарези. (Его предшественник генерал Дж. Сантовито был арестован и все другие предшественники Лугарези на этом посту были уволены после разоблачений их скандальных связей с путчистами и масонами.)

Как писала газета «Унита» (5.4.1983), «собеседники обсуждали с глазу на глаз деликатные подробности участия итальянских секретных служб в колоссальной по своим размерам подпольной торговле оружием. Всплыла на поверхность и причастность к ней главаря масонской ложи «П-2». Об этом сообщил один из пяти арестованных в Риме экспертов в области ракето- и самолетостроения Глауко Партель, непосредственно участвовавший в переговорах о поставках ракет в некоторые страны Латинской Америки. Это обстоятельство подтверждается и участием в финансировании подпольных операций с оружием президента «Банко Амброзиано» Роберто Кальви, который был в приятельских отношениях с руководителем ложи «П-2» Личо Джелли. В свою очередь итальянские секретные службы были связаны с масонами-заговорщиками».

Найдено новое подтверждение о причастности Соединенных Штатов к раскрытой следователем из города Тренто подпольной организации торговцев оружием. Установлено, что двое арестованных, проходящих по этому делу, работали в непосредственном контакте с американцами. Так, фирма Карло Бертончини «Серик», производящая запасные части для военной электронной аппаратуры, значительную часть своей продукции поставляла американской армии. А Энцо Джованнелли выполнял подряды на перевозку контейнеров для американских военно-морских частей, базирующихся на острове Сардиния, и, видимо, не случайно трентинский следователь направил повестки с вызовом для дачи показаний в качестве свидетелей военному атташе посольства США в Риме и высокопоставленному чиновнику римского отделения американского Агентства по борьбе с наркотиками (ДЕА).

К лету 1984 г. выяснилось, что настойчивый провинциальный судья К. Палермо (к тому времени он все еще был жив, а его главный подсудимый Г. Арсан, год спустя после ареста, скончался 12 ноября 1983 г. в миланской тюрьме от сердечного приступа — так было объявлено) результатами своего следствия может дать фору самым изощренным фантастам. Начав с банального дела о контрабанде наркотиков в ряде городов Северной Италии он предъявил 42 своим соотечественникам официальное обвинение (и ордеры на арест) в попытке продажи в одну из стран Ближнего Востока трех атомных бомб по 20 мегатонн каждая на общую сумму 1,4 млрд. долларов. В ходе других сделок уже были проданы в развивающиеся страны 34 кг плутония, 1000 кг урана, двадцать французских ракет «Экзосет». Империя Джелли служила, по словам газеты «Франс-суар» (7.6. 1984), ширмой для ЦРУ США, наиболее крупного поставщика оружия на планете после. госдепартамента США, санкционирующего официальные контакты Пентагона. Почему ЦРУ? Ну ведь, действительно, нельзя же открыто продавать огромные многомиллиардные (в долларах) партии оружия, к примеру, сразу обеим воюющим сторонам — Ирану и Ираку; многими международными соглашениями зафиксированы обязательства США, так же как и других стран-обладателей ядерного оружия, по нераспространению атомных вооружений. Продажа трех атомных бомб для их немедленного использования, это уже новый и последний виток организованной преступности, апогей политики ядерного терроризма США в канун развязываемого ими мирового конфликта.

Судья К. Палермо за годы своего сенсационного расследования собрал 300 тыс. страниц следственных материалов, но сумел-таки не выйти за рамки ему дозволенного и резко ограничить масштабы своего дознания второстепенными итальянскими деятелями спецслужб, мафии и масонства. Он подготовил почву для империалистической пропаганды, повторяя с конца 70-х гг., что главной его целью является обнаружение «болгарского участия» во всемирной контрабанде наркотиков, хотя среди подозреваемых им лиц в конце-концов осталось 200 итальянцев, американцев, турок, западных немцев, французов, испанцев, австралийцев, китайцев, филиппинцев, но… ни одного болгарина. К. Палермо сумел засекретить и уберечь от «утечки» в прессу почти всю собранную им информацию об участии членов масонской ложи «П-2» и ватиканской финансовой мафии в двух самых прибыльных видах бизнеса — преступной торговле оружием и наркотиками, осуществляемой под. контролем и при участии империалистических спецслужб.

Георгий Вачнадзе
«За кулисами одной диверсии. Кто направлял руку террориста на площади Святого Петра?»

Анатолий Обросков
Трезвая Россия

Оставить комментарий